Долорес

В неполные двенадцать лет,
когда созрели летом пло́ды,
тех сладких-сладких яблок цвет
стал грешным цветом несвободы.

В неполные двенадцать лет,
как я впервые полюбила,
в тот красный и влюбленный век
мерцало знойное светило.

В неполные двенадцать лет
я стала жертвой истязанья,
убили вдруг в двенадцать лет
мои надежды и мечтанья.

Он целовал меня столь нежно —
он мои руки целовал.
Но перестало безмятежным
быть детство то, что он украл...

Татьяна Евтушенко, март 2024