19 глава

Мотель «Алая бабочка» находился прямо на стыке трех трасс. Выглядел он как притон для жриц любви, дальнобойщиков, наркоманов и... всех известных миру болезней. Тэхён купил стандартный почасовой номер на сутки, чтобы не вызывать лишних вопросов.

Пожилой администратор так внимательно разглядывал мой странный для зимы внешний вид, что едва не выбил признание во всех грехах. У мужика не было одного глаза и стоял протез, второй же заглядывал прямо в душу. Жуть да и только.

Внезапно Тэхён смачно шлепнул меня по заднице и, крепко ее сжав, громко и вальяжно прокричал:

— Пойдем, малышка. Завтра мне в рейс, нужно еще успеть согреть тебя, родная.

Едва мы прошли два проема лестницы, как я вырвалась из его рук и залепила мощную пощечину. Тэхён только потупился и вкрадчиво прошептал:

— Эй, ну я же для дела! Хотела, чтобы этот тип ментам нас сдал, а? Им лишняя шумиха тут не нужна.

Вспомнив мутного деда, я внутреннее вздрогнула и согласно кивнула. Нужно было быть осторожными.

Номер в гостинице включал в себя выбеленные стены, скрипящие половицы и мебель времен застоя СССР. При этом было видно, что на совдеповском постельном белье сношалась не одна пара. Более всего меня привлек скромный стул у стены, на который я постелила пиджак Тэхёна и села.

— Ну ты и избалованная, блондиночка... — устало закатив глаза, Тэхён тут же направился к едва держащейся на двух гвоздях двери. — Я в душ. Посмотри пока телевизор и не кисни.

В комнате было холодно и спать хотелось до ужаса сильно. Кроме того было очень страшно: каждый звук в коридоре или у соседей сопровождался моим судорожным вздрагиванием. А еще... я ощущала себя предательницей, потому как бросила Минхо. Конечно, Чон позаботится о нем, но я хотела бы быть рядом с ним.

Был еще и Гук, которого я ненавидела так же сильно, как и желала. Сейчас, когда паника отошла на задний план, его слова обо мне не казались уже такими ужасными. Хотелось увидеть его, прикоснуться, и, что ужасней всего, — оправдаться за побег. Маразм!

Встряхнув голову, я насильно заставила себя вспомнить о реальном отношении ко мне этого мужчины. Почему-то перед глазами всплывали только его нежные поцелуи сегодня утром, крепко сплетенные руки в машине... А еще я вдруг осознала, что мы с ним на одной волне. Ведь я позволила ему сотворить недозволенное обществом в кабинке на матче. А это значит, что мы одинаково чокнутые. На одной волне.

А я сбежала... Как Айрин когда-то.