Глава 9

– Отец... Расскажите мне о женщинах.

Услышав это, он остановился на половине фразы, прервав длинное и беспочвенное обвинение меня в том, что из-за постоянного отвлечения на «этих безмозглых щенков» весь план работ безнадёжно нарушен. Смысла в этом не было, так как за двадцать пять лет моей работы вместе с Отцом в лабораториях мы так и не продвинулись в решении проблемы бесплодия человечества, в глобальном смысле. Даже наоборот. Мелкие, тактические находки были, но в целом – мы откатились назад из-за износа оборудования и утраты клонирования. Невосполнимые потери.

– О чём? – спросил Отец, присев на табуретку возле компьютерного стола под тихий скулёж сервоприводов.

На металлических вставках правой половины его лица отразились серебристые блики – за окном лаборатории было пасмурное утро и порывистый ветер гнал сизые тучи. Мне хотелось постоять в общей столовой и посмотреть на них, но вместо этого я несколько часов кряду выслушивал всякий вздор. Почему люди не говорят прямо то, что хотят? Почему тратят своё и моё время таким непродуктивным образом? Я ведь не могу читать мысли, а догадаться по косвенным признакам долго и не всегда удаётся.

– И каким это боком тебя касается?

Я невольно посмотрел на один бок своего лабораторного халата, надетого поверх белого комбинезона, потом на другой. Отец поджал губы, сдерживая саркастичную улыбку.

О, это опять было идиоматическое выражение, оно не встречалось в обиходе ни молодых учёных, ни инквизиторов, с которыми я общался ещё реже. Попадалось ли мне это выражение в фильмах?

– Ладно, – хмыкнул Отец, – скажи, почему тебя интересует эта тема?

В этот раз он выделил интонацией последние два слова. В этом не было насмешки и я решил говорить правду.

– Базиль почти проговорился господину Бартону, что я андроид и лишь в последний момент назвал меня андрогином.

Отец приподнял седые кустистые брови, выказывая внимание.

– Господин Бартон спросил, почему я использую только мужскую внешность. Я же объяснил, что во-первых, нет смысла выделяться, а во-вторых, я ничего не знаю о реальном поведении женщин.

Отец кивнул, и я продолжил логическое обоснование вопроса:

– Кроме того, я слышал, что это именно вы, Отец, выдали распоряжение, по которому в Комплекс был запрещён вход всем женщинам, к какой бы фракции они ни принадлежали. И мне стали интересны причины, побудившие вас принять такое решение. Расскажите мне о женщинах, Отец.

Он сидел, сгорбившись и потирая металлические пластины на пострадавшей половине лица.