12

В классе уже давно установилось негласное правило: к Ли Джеи лучше не подходить. Мешать ей — тем более.

Никто не рисковал. Она лежала на парте, словно отрезанная от остального мира, с закрытыми глазами, делая вид, что спит.

Пока её не прервало лёгкое прикосновение — кто-то ткнул её пальцем в плечо.

С усилием приоткрыв глаза, Джеи встретилась с равнодушным взглядом Джи У. Та стояла прямо напротив неё, с таким лицом, будто ей всё это наскучило.

— Я не хочу в вашу учебную группу, — буркнула Джеи, снова уткнувшись в парту.

— Тебя вызывают в учительскую, — сухо ответила Джи У, и не дожидаясь никакой реакции, просто вышла.

Тяжёлый выдох сорвался с губ Джеи. Медленно приподнявшись, она провела рукой по лицу, стирая остатки сонливости, и нехотя поднялась.

Коридор встретил её привычным гулом голосов и шагов. Девушка шла медленно, будто растягивая время.

Когда вошла в учительскую, взгляд лениво скользнул по кабинету. Учительница — её имени Джеи, если честно так и не запомнила, всегда называла просто «извините» или «учительница»

Женщина подняла голову от бумаг и неожиданно тепло улыбнулась.

— Ли Джеи, я тебя заждалась.

— Извините, — спокойно произнесла девушка.

— Ничего страшного, — мягко ответила учительница. — Я хотела поговорить о твоих оценках...

Она замялась, когда Джеи подняла на неё спокойный, но пронзающий взгляд.

— Просто я ни разу не видела, чтобы ты отвечала на уроках, — осторожно добавила она. Подтекст был очевиден: учителя не могут вечно рисовать тебе оценки.

Интересно... А с каких это пор школу начали волновать ее оценки? Странно.

Ли Джеи прекрасно понимала - в этой школе учёба давно не стоит на первом месте.
Учителя, похоже, уже смирились с этим. Ну... почти все. Кроме Ли Хан Гён. Она из тех, кто не боится идти против системы. Смелая.

— И еще.....ты могла бы быть помягче с одноклассницами, — почти умоляюще сказала учительница.

Ли Джеи на мгновение замерла, но потом чуть заметно улыбнулась.
— Я ничего такого не сделала. Просто они вели себя громко и немного мешали мне..... заниматься.

Эта мягкая улыбка почему-то вызвала в глазах учительницы испуг.

На столе перед ней лежали аккуратно разложенные документы: анкета, справки, данные о местах учёбы и рождения. Вся её история. Учительница «знала» про неё всё. Или думала, что знает.

Учительница уже хотела сказать, что то еще, когда в соседнем кабинете раздался крик заместителя директора:

— Что за ерунда!?

Ничего нового. Этот старик давно жил на грани срыва. Особенно когда в эпицентре внимания  оказывался Пхи Хан Уль.