Глава 20

Паутина из грез.
Кристин.

Старая церковь, вознесённая на вершину холма, темнела на фоне тяжёлого, свинцового неба, словно скорбный памятник всем человеческим страданиям. Её острые шпили терялись в сером тумане, а узкие витражные окна едва пропускали тусклый свет. Ветер гулял среди покосившихся надгробий, шепча в сухих ветвях старых тисов, будто сами мертвецы переговаривались между собой.

Кристин стояла у каменных ступеней, одетая во всё чёрное. Тёмное платье плотно облегало её тонкую фигуру, а густая вуаль скрывала часть лица, оставляя открытыми лишь покрасневшие глаза. Рядом, тяжело ступая и время от времени вытирая слёзы краем передника, шла Марго.

Они молча вошли в церковь.
Внутри царил полумрак. Воздух был насыщен запахом ладана, воска и сырого камня. Под сводами эхом разносился слабый треск свечей. Где-то в глубине храма священник вполголоса читал молитвы, и его голос, низкий и ровный, напоминал далёкий гул грозы.

Кристин подошла к алтарю и осторожно поставила тонкую восковую свечу перед образом Богоматери. Её пальцы дрожали.

Она долго смотрела на маленькое пламя, и в её сердце поднялся тяжёлый, горький отголосок.

«Оливия... Даже после смерти тебе не дали обрести покой

Её губы едва заметно дрогнули.
«Вместо скорби тебя заклеймили воровкой. Люди смотрели на твоё безжизненное тело, повисшее на ветвях, сначала с ужасом... Но ужас быстро уступил место праздному любопытству. Стоило кому-то узнать это платье, как начался шёпот. Они судачили, обвиняли, выносили приговор, даже не слыша самих себя.»

Перед глазами Кристин вновь возникла та страшная картина: бледное лицо Оливии, пряди волос, качающиеся на ветру, её руки, безвольно опущенные вдоль тела.
«А потом Анро и Лиам полезли снимать тебя с дерева... И вскоре похоронили, словно безродную собаку. Без почестей. Без молитв. Без справедливости.»

Кристин закрыла глаза.

- Прости нас.- прошептала девушка.

Марго тем временем зажгла свою свечу и, тяжело вздохнув, опустилась на старую дубовую скамью. Кристин села рядом. Они сложили ладони и склонили головы.

В тишине церкви слышалось лишь потрескивание свечей да редкие всхлипы Марго. Свет падал на их лица золотистыми бликами, озаряя следы слёз. Кристин молилась беззвучно, но каждое её слово отдавалось болью в груди.

Прошло несколько минут, прежде чем Марго не выдержала.
Она всхлипнула и, закрыв лицо руками, прошептала дрожащим голосом.

- Бедная моя девочка... Такая молодая... За что ей эти муки?

Кристин повернулась к ней и мягко обняла за плечи.