42. Конец.

Я медленно перевернула последнюю страницу и провела пальцами по слегка помятому краю бумаги.

Чернила местами побледнели, некоторые слова были зачёркнуты, где-то на полях оставались маленькие заметки и стрелочки, понятные только мне. Страницы пахли бумагой, временем и чем-то очень родным.

Мой дневник.

Тот самый, в который я когда-то начала записывать всё происходящее почти шутки ради. Тогда мне казалось, что это просто способ разобраться в себе. Выплеснуть мысли, которые невозможно было сказать вслух.

А в итоге здесь оказалась целая жизнь.

Тюмень.
Подставные отношения.
Ссоры.
Прогулки по ночному городу.
Мартовский снег.
Выпускной.
Набережная.
Первый настоящий поцелуй.

Я невольно улыбнулась, вспоминая, какими мы были тогда.

Глупыми.

Запутавшимися.

Влюблёнными ещё до того, как сами это поняли.

Я тихо закрыла дневник и положила ладонь на обложку.

В квартире было тепло и спокойно. Из кухни доносился слабый запах ужина, за окном медленно темнело, а в гостиной горел мягкий жёлтый свет.

И вдруг по коридору раздался громкий детский смех.

— Мама-а-а!

Через секунду в комнату буквально влетел Лёша. Маленький, растрёпанный, счастливый. Он тут же спрятался за моими ногами, крепко обнимая их руками.

— Спаси меня! — громко прошептал он.

Я рассмеялась, автоматически зарываясь пальцами в его мягкие волосы.

— От кого?

— От папы!

Из коридора послышались шаги.

— Так, — раздался знакомый голос. — И где тут скрывается особо опасный преступник?

Максим появился в дверях и сразу остановился, делая вид, что серьёзно задумался.

За эти годы он почти не изменился. Разве что взгляд стал спокойнее, мягче. Но улыбка оставалась той же самой — той, из-за которой когда-то у меня начинало быстрее биться сердце.

Если честно, и сейчас начинало.

— Я никого не вижу, — сказал он, осматривая комнату.

Лёша засмеялся ещё громче и сильнее прижался ко мне.

— Папа не найдёт меня!

— Конечно не найду, — кивнул Максим. — Ты же очень хорошо спрятался.

Я покачала головой, улыбаясь.

Максим подошёл ближе и только тогда заметил дневник у меня на коленях.

— О, — протянул он. — Это что?

Я посмотрела на обложку и чуть смущённо улыбнулась.

— Дневник.

— Тот самый?

Я кивнула.

Когда-то он случайно узнал о его существовании, но никогда не просил показать записи.

Максим сел рядом со мной на диван, одной рукой всё ещё удерживая Лёшу, который пытался вырваться и снова убежать.

— И что там? — спросил он с лёгкой усмешкой.

— Вся наша история, — тихо ответила я. — Я записывала туда всё... как менялись наши отношения.