Глава 34
Ривьера
Знаете, о чём люди думают в самый последний миг перед смертью?...
Кто-то скажет, что люди вспоминают самый важный момент из их жизни. Самый яркий день, запоминающееся событие, то, что отложилось в голове когда-то давно, было сотни раз забыто, но всплыло внутри нашего мозга, как только мы оказались в беде. В настоящей беде.
Кто-то может сказать, что мы вспоминаем людей. Родителей, друзей, партнёров, тех, с кем давно не виделись, или тех, кого видели вчера. Вспоминаем их черты, улыбки, слова, видим образ, видим то, что засело внутри нас как память.
А кто-то скажет, что мы видим свет в конце туннеля. Рай, ад, лимбо, что-то ещё, божество, демонов и всё остальное, связанное с религией. Видим веру, которая была за нашими спинами с рождения и вплоть до самого конца.
У людей, больных тяжёлыми заболеваниями вроде рака или туберкулёза, есть неплохое название для всего этого. Конечно, описывают они не сам миг смерти, но день незадолго до неё. Это называется «последний хороший день», когда вся боль резко отступает, в груди начинает разливаться покой и гармония, появляется аппетит и желание гулять и смеяться. Люди, болеющие деменцией, ненадолго вспоминают своих родных и ведут с ними осмысленные диалоги; сидящие на сильных обезболивающих впервые не просят вколоть побольше, думая, что идут на поправку. В науке это называют «предсмертным обострением», но понятие хорошего дня, пусть и последнего, мне нравится гораздо больше.
В психологии мы говорим иначе. Буря гормонов, которая захватывает наш организм, бывает настолько сильной, что вызывает галлюцинации, а эволюционный механизм защиты от страха вызывает из памяти самые лучшие моменты, чтобы мозг перестал бояться происходящего. Организм пытается достать жизненные силы, пытается бороться со смертью, но, к сожалению, в ста процентах случаев однажды проигрывает...
Я не видела туннелей. Не видела родных и близких. Я испытала настолько сильный скачок дофамина и адреналина, что по ощущениям это было сравнимо с падением с высоты в бездну. Лёгкие, сердце, желудок — всё сжалось настолько, что казалось, я умру не от выстрела, а от простых спазмов, из глаз брызнули слёзы. Я не испытала свой «хороший день», я испытала животный ужас, страх, не сравнимый ни с чем из того, что я испытывала раньше.
И выстрел был. Только пуля пролетела мимо...