Глава 24

Ривьера

Придурок нашёл клининг. Слава богу.

Вот, вроде реально нормальный парень, а как попросишь что-то — ну просто клоун натуральный. Пять раз сказал, что из меня хреновая домохозяйка, и его вообще не смущает, что я месяц дома не появлялась, а когда уезжала — не о пыли на подоконниках думала. Умник, блять...

С Грейном попрощались часов в одиннадцать. В час уже должны приехать ребята с уборкой, нужно хоть трусы по шкафам попрятать...

То, что произошло вчера перед сном, я даже обсуждать не хочу. Ну, потому что это дурацкое импульсивное поведение меня в могилу сведёт рано или поздно, клянусь. Хотела же дать и себе, и парню время подумать, а по итогу что? Лезу целоваться.

Ну, в своё оправдание скажу, что он сам попросил. Хотя, объективно, меня это абсолютно не оправдывает, что за синдром спасателя, могла же отказаться. А так получается, что мои собственные моральные принципы и желания исчезают, как только Грейн о чём-то просит. Да, мне тоже этого хотелось, но речь не об этом!

В любом случае расходились с условием, что после работы я буду заходить к нему, проверять, как парень себя чувствует, готовить поесть и бежать домой. Родителям скажу, что веду дополнительные консультации для профильных групп, ну или что-то подобное.

И приезжают они, как назло, сегодня вечером. Я ещё раз созвонилась с мамой по дороге домой, уточнить детали, которые не успела уточнить вчера. На сколько остаются — не сказали, мама брякнула что-то про «проверку самостоятельности». Самостоятельности? Серьёзно? Как будто я все эти годы под мостом жила и на хлеб собирала, а не преподавателем работаю. Да и к чему это вообще всё? Хотите узнать, как я, — позвоните, спросите, порадуйтесь.

Нет, нужно как гром среди ясного неба врываться в жизнь человека.

Я хорошо отношусь к своим родителям. Не считаю их злодеями, не думаю, что они виноваты во всех смертных грехах. Просто не понимаю, да и вряд ли смогу.

Как бы в будущем ни сложились обстоятельства — я не выгоню своего ребёнка на улицу. Да и не за что было. Училась исправно, не мешала никому, ничего не просила, на свои желания сама зарабатывала. Да, боже, даже если бы было за что выгонять — неужели не существует никакой любви к человеку, которого ты семнадцать лет воспитываешь, кормишь, одеваешь, помогаешь с домашней работой?