Глава 29.Текс
Глава 29 Текс
Я разорвал рубашку Энцо и начал искать рану. Крови было так много, что она походила на занавес, закрывающий обзор и скрывающий место, где он был ранен. Раздражение от бессилия только усиливало мою злость, и я стал смотреть внимательнее.
– Ты вообще знаешь, что делаешь? – спросил Бенито.
– Отвали! – огрызнулся я.
Глаза Бенито потемнели. – Следи за собой.
– Да мне плевать, что ты можешь сделать со мной сейчас! – я смотрел сквозь Бенито, как будто его не существовало. Никогда в жизни я так сильно не трясся. Единственное, что меня волновало, – это Энцо. – Мой друг, хороший друг, только что угрожал убить меня. Он приставил пистолет к моей голове. – Я вздрогнул. – А теперь он мертв…
Эмоции перехватили мои слова, ком застрял в горле, и слезы потекли по щекам. Шок все еще держал меня, защищая от реальности происходящего. Но я чувствовал, как она приближается – эта отвратительная правда, готовая разорвать меня на мелкие кусочки.
– Единственное, что сейчас имеет для меня значение, – это он, – сказал я, кивнув на Энцо. – Он – всё, что у меня осталось.
Мир обрушивался на меня: моего друга забили до смерти, моя работа, скорее всего, потеряна, а Энцо истекал кровью на дорогой темной коже импортной машины своего брата. Казалось, я жил в каком-то извращенном кошмаре.
– Со мной все нормально, – Энцо схватил меня за руку и сжал. – Не так уж и плохо.
– Заткнись, – рявкнул я на него. – Просто заткнись, пока ты не истек кровью у меня на коленях.
Энцо улыбнулся мне, и я едва не развалился на части. Сердце сжалось. Он был идиотом. Почему, черт возьми, он принял пулю за меня? Это был тот самый человек, который поклялся убить меня, если мы когда-нибудь снова пересечемся. И все же он прыгнул под ярость Рурка, как будто это ничего не значило.
Я нашел рану и прижал к ней руку. Немного повернув Энцо, я убедился, что пуля вошла и вышла. Убедившись, что она не застряла в его теле, я облегченно вздохнул. По крайней мере, это не было тем ужасом, который я не смог бы пережить сейчас.
Для меня не существовало ни Бенито, ни Джанкарло. Все мое внимание было сосредоточено на Энцо. Он протянул руку и сжал мою так сильно, что мог бы сломать. Или, возможно, я просто стал слишком чувствителен ко всему в этот момент. Его рука казалась свинцовой на моей, а воздух в машине был удушающе насыщен запахом крови и пороха.
– Хватит, – пробормотал Энцо. – Ты ужасно выглядишь, когда плачешь.
Я расхохотался. Это было настолько неожиданно, что застало меня врасплох. Смех угас, и я заплакал еще сильнее. Моя жизнь рушилась. Единственный человек, который когда-либо по-настоящему видел меня, был преступником. Я больше ничего не понимал.
Рука Энцо коснулась моей щеки.
– Дыши, – сказал он. – Все будет хорошо.
– Разве это не я должен говорить тебе это? – пробормотал я.
– Перестань быть таким упрямым.
Мне хотелось обнять Энцо и никогда не отпускать его. Даже когда ему было явно больно, я чувствовал, как сильно он обо мне беспокоится. Этот сумасшедший, вламывающийся в дома, преследующий кусок дерьма заботился обо мне.
Джанкарло придвинулся и помог мне надавить. Мы встретились взглядами, он кивнул, но промолчал. Я хотел поблагодарить его за это. Сейчас я не мог справиться с чем-то большим, чем то, что было передо мной.
– Текс?
– Да? – спросил я, прочищая горло, чтобы не звучать, как маленькая девчонка.
– Мы почти дома.
Дом. Энцо сказал это так буднично, как будто это ничего не значило, но для меня это было целым миром. Мои глаза снова наполнились слезами, и мне хотелось свернуться калачиком и рыдать, чтобы никто этого не видел. Я знал, что это часть шока, но, черт возьми, как же это больно.
– Да, – прошептал я, затем посмотрел в окно машины, наблюдая за улицами, которые мелькали мимо. Мы действительно ехали к его дому. Я взглянул на его братьев. Никто из них не выглядел встревоженным, и я предположил, что они уже все уладили с медицинской помощью.
– Мы почти дома, – снова прошептал я, и снова взглянул на его братьев. – Мне нужно что-то, чтобы перевязать его рану.
Бенито молча снял куртку и протянул её. Я обмотал её вокруг тела Энцо, плотно затянув. Улыбка сползла с его лица, и вместо этого из его губ вырвался шипящий звук. Он сузил на меня глаза.
– Не смотри на меня так. Я делаю всё, что могу.
Энцо только хмыкнул, когда машина остановилась. Братья вылезли из машины, а Бенито развернулся и протянул руки.
– Дай его мне. Я понесу его наверх.
– Нет. – Я выбрался из машины. – Я сам понесу его.
Бенито зарычал.
– Ты действительно испытываешь мое терпение.
– Я сказал, что понесу его, – я подошел ближе. – Уйди с дороги.
– Да ладно тебе, Бенито. Мы теряем время, – сказал Джанкарло.
Я повернулся обратно к Энцо. Пусть они спорят о ерунде. Мне нужно было доставить Энцо наверх. Он опирался на машину, его кожа была бледной, а дыхание тяжелым. Я присел на корточки.
– Залезай на спину.
К моему удивлению, Энцо не стал спорить. Он обхватил руками мою шею, тихо застонал и тяжело оперся на меня. Я подхватил его за ноги и, напрягаясь, поднял. Встав на ноги, я убедился, что он крепко держится на моей спине. Мы молча доехали на служебном лифте до его квартиры.
– Наконец-то, – произнесла женщина у двери с нахмуренным лицом. – Он выглядит ужасно. Заносите его внутрь и уложите на кровать. Быстрее, вниз по лестнице.
Не задавая лишних вопросов, я прошел в гостевую комнату и аккуратно снял Энцо с себя. Каждый его болезненный вдох заставлял меня нервничать и сжимать кулаки.
– Дайте мне работать, – женщина мягко положила руку мне на плечо, видя, что я замешкался. – Уйди с дороги, иначе я не смогу ему помочь, дорогой. Ну же, двигайся.
Я отступил в сторону, но остался недалеко, прижавшись спиной к стене в углу комнаты. Мое напряжение росло с каждой секундой. Если она допустит ошибку, я её убью. Мысль вспыхнула неожиданно, и я вздрогнул. Но это было именно то, что я чувствовал: если Энцо умрет, я не пощажу её.
Внезапный смех Энцо заставил меня встрепенуться и посмотреть на него.
– Перестань так сверлить доктора взглядом, – пробормотал он слабо, качая головой. – Мелони знает, что делает.
– Ооо, спасибо за доверие, – протянула она с легкой усмешкой. – А теперь не шевелись и сосредоточься на себе.
Энцо подмигнул мне, но его лицо тут же исказилось от боли, и он выругался сквозь стиснутые зубы. Я шагнул вперед, готовый вмешаться, но резкий свист разрезал воздух.
– Назад, – резко приказал Бенито. – Дай ей делать свою чертову работу.
Я хочу выстрелить в него следующим.
Я остановился, перестав ходить взад-вперед. В конце концов, Мелони отступила и тяжело вздохнула. Она сняла свои окровавленные перчатки.
– Эти швы выдержат, – сказала женщина. – Просто будь осторожен, и всё будет в порядке. Вот. – Она порылась в своей сумке и достала бутылку с таблетками. – Принимай одну каждые восемь часов, чтобы заглушить боль. Это хорошая штука.
Я взял у неё бутылку. – Я отдам их ему.
– Ему нужен кто-то, кто будет за ним присматривать. Я так понимаю, это ты?
– Да, – кивнул я. – Я никуда не уйду.
– Много отдыха, воды и покорми его перед тем, как дать лекарство, – сказала она, мельком взглянув на телефон. – У меня смена через несколько часов. Мне нужно идти. Я зайду проверить тебя после работы, Энцо.
– Спасибо, – простонал он. – Таблетку...
– Она сказала, что я должен сначала тебя покормить, – сказал я, подходя ближе. – Дай мне что-нибудь приготовить.
Энцо махнул рукой, не открывая глаз.
– Таблетку.
– Я знаю, что тебе больно, но...
– Дай ему таблетку, – вмешался Джин, устало простонав. – Если его стошнит, значит, так тому и быть.
Я вздохнул, чувствуя, как напряжение сжимает грудь.
– Ладно. Принесу воды. – Я мягко коснулась ноги Энцо. – Сейчас вернусь.
Он кивнул, не произнося ни слова, а я посмотрел на него. Его рубашка была разрезана, а грудь перевязана бинтами, сквозь которые уже начали проступать кровавые пятна. Я знал – я останусь здесь. Мне нужно быть тем, кто сменит эти повязки. Это моя вина, что он оказался в таком состоянии. И он был прав – я слишком наивен.
Я направился на кухню, оставив его с братьями. Мои руки всё ещё дрожали, но уже не так сильно, как раньше. Шок постепенно отступал, уступая место гнетущей усталости. Я не мог позволить себе думать о смерти Рурка – не сегодня. Но завтра... Завтра это обрушится на меня, как лавина.
Холодная вода обожгла мне руку, выдернув из мыслей. Я выключил кран и поспешил обратно к Энцо. Когда я вернулся, в комнате, кроме него, никого уже не было.
– Где твои братья?
– Сказал им, чтобы дали нам немного пространства. – Он приподнялся на одном локте. – Дай мне эту таблетку.
– Конечно. – Я положил таблетку ему на язык и подал стакан воды. Он сделал глоток, проглотил лекарство и снова опустился на кровать. – Она скоро подействует.
– Хм, – пробормотал он, крепко сжав мою руку. – Ложись.
Я нахмурился.
– Не хочу тебя ранить.
Энцо потянул меня к себе, и я неуклюже упал на кровать.
– Эй, осторожно! – рявкнул я и поставил стакан на тумбочку. – Ты же поранишь себя, если будешь так делать.
– Не важно, – пробормотал он. Энцо притянул меня ближе, уткнувшись лицом в мою шею. – Ты в порядке?
– Это ты тот, кого подстрелили, – заметил я.
– И что? Ты сегодня видел, как умер твой друг. И мы не были добры к тебе. – Он повернул мою голову так, чтобы я не мог отвернуться. – Ты в порядке?
– Нет, – честно ответил я.
Энцо кивнул.
– Я так и думал. – Он обхватил меня рукой, крепко прижимая к себе, пока между нами не воцарилась тишина. Моё тело стало тяжёлым, веки начали закрываться. – Текс?
– Да, – пробормотал я.
– Я люблю тебя.
Мои глаза моментально раскрылись.
– Что?
Его взгляд на секунду замер на мне, но глаза начали закрываться. Лекарство вступало в силу.
– Я люблю тебя, – слегка неразборчиво пробормотал он. – Останься со мной.
Моё сердце забилось быстрее. Я правильно услышал? Энцо, сражаясь со сном, вглядывался в моё лицо, его усталые глаза искали чего-то. Я облизнул губы, чувствуя, как слова срываются сами собой.
– Чёрт... Кажется, я тоже тебя люблю, – прошептал я.
Улыбка озарил его губы, когда глаза закрылись в последний раз и больше не открылись. Мягкое, ровное дыхание у моего уха заставило мою грудь сжаться. Я смотрел на Энцо, казалось, целую вечность, наблюдая, как его грудь поднимается и опускается, пока он держал меня.
Я люблю тебя больше, чем когда-либо любил кого-либо в своей жизни.