Часть тридцать восьмая
Чонгук вколачивал Чжоу в стену, наматывая её волосы на кулак, пока та закидывала голову и протяжно стонала с гортанным рыком.
И такой блядской мерзости он не ощущал никогда...
Тело слишком привыкло к Лисе.. Душа слишком привязалась к её.. такой кристально чистой.
А оказывается не стоило..
Он снова предан. В который раз, сложно сосчитать.. Но он же не виноват, да? Не причина такого отношения к себе, да?! Скажите кто-то — да, скажите, ему нужно это услышать..
— Чонгу-ук.. — это громкое завывание и Чон хочет ударить её головой об стену.
Ведь точно также, три года назад, с её губ слетало кричащее «Тэхён». Он помнит, как испуганно посмотрел на него Ким. Помнит этот ублюдский испуг в его глазах. Бляди было же все равно, она даже предложила присоединится..
Через неделю Чонгук прикончил его.. Потому что не мог наблюдать, как тот бесстыдно обнимает её и даже позволяет себе целовать.. Простого незначительного прикосновения.. Он и этого не заслуживал.
Ким Тэхён заслуживал пулю в лоб и подыхать в адских муках.
А Лисе не сказал. Молчал. Не хотел добивать её этой грязью, хоть сам чувствовал, как тонет в ней. Захлёбывается..
Оказывается всё в пустую. Оказывается, что не нужно было её жалеть? Стараться, меняться ради неё? И вообще не надо было всё это начинать, да?
Так какого хрена, Чонгук, ты сейчас представляешь её, хотя бы для того, чтобы просто кончить?!
Ты понимаешь, что болен? Что она вцепилась в твоё сердце, как клещ, и тебя уже не отпустит.. Ты же подохнешь без неё, признайся Чонгук..
И он сжимает челюсть, сквозь крепко сжатые зубы рычит, потому что, да, блядь, он признает. Признает то что уже не сможет.. как бы не хотел, больная голова и сердце не могут отпустить её. Он все равно будет возвращаться к ней и биться в страданиях..
Чжоу обессилено скатилась по стенке, широко разводя ноги в сторону и устало выдыхая. Шокировано присвистнула, усмехаясь.
— Ты настоящий зверь, дорогой.. Я уже успела позабыть каков секс с тобой.
Чон буквально сдержался, чтобы не блевануть от этой картины.
— Как твоя жена ещё способна ходить после тебя? — смеялась Цзыюй, насмешливо вглядываясь в его глаза.
— Тебе не идёт так много говорить. Просто закрой свой рот и не заставляй меня испытывать к тебе ещё большое отвращение.
Чонгук поправил ремень и кинул уничтожающий взгляд на девушку.
— Так, чего ж трахал меня, а не свою святошу? Ах, да, я же забыла у тебя большая любовь к ней. Не можешь себе позволить вот так иметь её у стены, да, Чон?!