Часть сорок восьмая

— Мы уже приехали? — удивлённо спрашивает Лиса, не отрывая взгляда от окна, за которым виднеется полоска пляжа.

Чонгук кивает и глушит машину.

— Пойдём. — он выходит из машины и обойдя её, открывает дверь Лисе.

Чон зачарованно оглядывает темно-синюю морскую гладь и белый песок, который, кажется, белоснежнее самого снега.

Не смотря на морскую прохладу и достаточно сильный ветер Лиса быстро стягивает с себя кроссовки и улыбается от ощущения холодного песка под ногами, в котором они просто утопают.

— Лиса, холодно же! — недовольно восклицает Чонгук, нахмурив брови.

На такое заявление она лишь громко фыркает и не сдержав себя от желания показать мужу язык, убегает поближе к воде.

— Ребёнок.. — вздыхает Чон и большими шагами, быстро нагоняет её у самого моря.

Хватает за талию и прижимает к своей груди.

Лиса обижено ойкает и пытается вырваться, но Чонгук сжимает её сильнее, зарываясь носом в спутанных ветром, волосах.

Так они застывают, глядя куда вдаль, откуда начинаются маленькие волны, что разбиваются об их ноги. Снова и снова, белой пеной уходя назад в море. И мысли в темных дебрях теряются, нагнетают и давят на грудную клетку. Сдавливают сердце.

Почему-то сложно думать о хорошем и счастливом.. просто невозможно, как-то сразу в голове всплывает все самое плохое и больное..

— Мы с мамой любили этот пляж.. — глухо шепчет Чонгук ей на ухо. — Приезжали даже зимой, но отец..

Чон останавливается и понимает, что горячая слеза всё же срывается с глаза и течет по холодной щеке, будто ножом режет. Гребанный контраст. Гребанные воспоминания.

Гребанный отец..

Лиса накрывает его руку своей и отстраняется, чтобы повернутся к нему и взять его лицо в руки. Большим пальцем стирает обжигающую кожу, мокрую дорожку и целует ту самую щеку, по другому не зная, как выразить свое сочувствие.

— Давай забудем о прошлом, хотя бы на эти три дня. — тихо начинает Лиса, приковывая его взгляд к себе. — Забудем всё то плохое, что натворили мы и просто отдохнем..

— Пойдем, покажу тебе наш домик. — Чонгук пытается прийти в себя и убрав её руки со своего лица, покрепче перехватывает в своих.

***
Полена в камине время от времени громко потрескивали, разрушая спокойную тишину гостиной. На дворе постепенно поднималась буря. Небо заволокло темными тучами, море разбушевалось, по чуть-чуть начинал накрапать дождь.

В комнате царил мрак, освещаемый лишь огнем из камина.

Чонгук лежал на её коленах, пока Лиса увлечённо разглядывала его старый детский альбом иногда тихо посмеиваясь и что-то шепча себе под нос.