ГЛАВА 43

31 декабря 2025 года.
Морриган

Пятница двадцать шестого декабря казалась мне самой лучшей пятницей в жизни. Вот только я не знала, что суббота преподнесёт сюрприз в виде тех самых дней, которые любую эйфорию сворачивают в трубочку и выбрасывают в мусорное ведро. Проснулась я уже разбитой: низ живота скрутило так, будто там поселился злой гном с гаечным ключом, и я, бледная и побеждённая, просто лежала на диване, сжавшись калачиком.

Дженсен, увидев это, даже не стал задавать дурацких вопросов вроде «что болит?». Он просто накрыл меня пледом, принёс грелку, обёрнутую полотенцем, и ушёл. Вернулся через час с аптечным пакетом. Там лежали обезболивающее, ромашковый чай в пакетиках, плитка молочного шоколада и коробка прокладок – эту коробку он с совершенно каменным лицом отнёс в ванную и поставил на полочку, даже не покраснев. Ни одного комментария, ни одной дурацкой шутки.

По вечерам мы смотрели старый сериал, валяясь на диване в обнимку. Когда спазмы становились сильнее, он просто клал мне на живот свою тёплую ладонь и лежал неподвижно, будто пытался  перекачать по какому-то невидимому проводу боль из меня в себя. И, странное дело, становилось легче. Не от таблеток, а от этого упрямого тепла. Я засыпала под эту руку, просыпалась уже почти человеком и чувствовала, что эти дни перестали быть пыткой.

Среда всегда была особенной, но сегодня я была счастлива пуще прежнего, потому что туча окончательно развеялась. Тело было лёгким, а в душе разрослась тихая и чистая радость. Я вылезла из-под его руки, которая за несколько ночей обрела привычку пассивно лежать на моём животе, и ткнула его в бок.

– Подъём. Сегодня мы выходим в свет.

Дженсен приоткрыл один глаз и сразу же недовольно сощурился.

– В какой ещё свет? – голос у него был хриплый и ленивый. – У нас тут идеальная экосистема. Пижамы, сериалы, запасы шоколада...

– Запасы кончаются, – парировала я, садясь и откидывая одеяло. – И вообще, сегодня Новый год. Я хочу на каток.

Он застонал, натянул подушку на голову и прижал её к ушам.

– Каток – это холод, толпа, идиотские падения на льду и риск переломать себе всё, что только можно. Я вижу одни минусы.

– А я вижу горячий шоколад со взбитыми сливками, – сказала я, сползая с кровати и направляясь в душ. – И ещё я вижу, как ты будешь ползать на коньках, вцепившись в бортик обеими руками. Это будет зрелище.

Из-под подушки донёсся приглушённый смешок.