Глава 9. Протокол

В участке пахло бумагой, кофе и чем-то старым, как будто стены пропитались чужими историями.
Брэд сел за стол. Металл холодный, лампа светит прямо в лицо.
Рядом — Мерлоу, за спиной тихо жужжал кондиционер.

— Начинай с самого начала, — сказал Мерлоу спокойно. — Без спешки.

Брэд кивнул.
Голос сначала дрожал, но потом стал твёрдым.

Он рассказал всё.
Как утром позавтракали всей семьёй.
Как Амелия смеялась, ела блинчики, пачкала руки сиропом.
Как он отвёз её в сад, поправил бантик,
и как она, обернувшись, крикнула:
— «Я люблю тебя, папочка!»

Слова давались тяжело.
Иногда он замирал, проводил рукой по лицу,
иногда просто смотрел в стол, пока снова не находил силы говорить.

Он рассказал, как вернулся на место, увидел скорую, пожарных, полицейские мигалки.
Как увидел лицо Мерлоу и понял всё без слов.
Как стоял на коленях возле скорой,
держал холодную руку дочери и умолял не останавливаться.

Когда он закончил,
в комнате стояла тишина.
Мерлоу медленно выключил диктофон.
— Этого достаточно, — сказал он тихо. — Спасибо.

Брэд глубоко вдохнул.
— Что теперь?

Мерлоу поднялся, взял со стола папку.
— Есть кое-что, о чём я должен тебе сказать.

Он вышел из комнаты, жестом пригласил Брэда следовать за ним.
Они прошли по коридору, миновали пару дверей и вошли в маленький кабинет, где пахло пылью и кофе.
Мерлоу открыл папку, показал несколько листов.

— За день до происшествия в садике действительно проводили ремонт канализации.
Забился сток, была течь. Работала государственная фирма — "HydroH2O".
Мы нашли тех, кто там был.
Двое мужчин, оба работают давно.

Брэд слушал молча.
Мерлоу продолжил:
— Проверить, были ли они пьяны, уже невозможно.
Но мы их допросили.
По их словам, во время первой вылазки они устранили течь.
Через час им снова позвонили из администрации садика — сказали, что всё ещё льёт, что уровень в септике растёт.
Они вернулись второй раз,
и вот тут начинается самое важное.

Мерлоу постучал пальцем по документу:
— Когда приехали во второй раз, они не нашли люк к септику.
Где-то в процессе ремонта его просто убрали.
Один из рабочих сказал: "Мы накрыли картоном, чтоб не воняло, всё равно через час должны были привезти крышку."

— Через час, — повторил Брэд.
— Да. Через час, — кивнул Мерлоу. — Только никто не приехал.
Документы говорят, что заказчик, то есть хозяйственная часть садика, принял работу "временно".
Без проверки, без подписи инженера.
Просто поставили печать "сдано".

Брэд смотрел в одну точку.
— Значит... — выдохнул он. — Они знали.
— Формально — да, — ответил Мерлоу. — Но в бумагах нигде не написано, что кто-то видел картон.
Только слово рабочих.

Брэд усмехнулся без улыбки.
— "Накрыли картоном"... Господи.
Он встал, прошёлся по кабинету.
— Из-за картонки. Из-за "через час".
Мерлоу не ответил.

— Ты понимаешь, — продолжил Брэд, — если бы один человек, хоть один, посмотрел туда и сказал: "Эй, так нельзя!", — её бы не было в этой земле.
— Знаю, — тихо сказал Мерлоу. —
Но теперь всё нужно довести до конца.
По процедуре. Через прокуратуру.
Сначала внутренний отчёт, потом запрос на проверку подрядчика.
Ты говорил, что свяжешься с адвокатами — это будет полезно.

Брэд сел обратно.
— Свяжусь сегодня. Я обещал, что всё будет по закону — значит, будет.

Мерлоу закрыл папку.
— Это не будет быстро.
— Мне не нужно быстро. Мне нужно правильно.

Он встал.
Повернулся к окну.
Солнце било сквозь жалюзи, резало полосами комнату.
Брэд провёл рукой по лицу и сказал почти шёпотом:
— За картон, Мерлоу. За кусок грёбаного картона.

Мерлоу ничего не ответил.
Просто положил руку ему на плечо.
— Мы доведём это до конца.