Эпилог. Все травницы прокляты
Осторожнее! Ты чуть не придавил мне хвост! – Новобранец ругался на одного из стариков из ряда костяных мастеров, что чуть не уронил огромный позвонок прямо на него.
Драконы сносили кости Главаря к пещере смерти, где когда-то безустанно драконы убивали демонов. Каменные стены пещеры теперь были усыпаны глубокими трещинами, поэтому костей требовалось немало.
Новобранец командовал мастерами, Юнец ходил следом за ним, как и Тлеяр, что принял слепого дракона за своего отца. Никогда ещё святые духи не спускались во владения демонов, но нужно было полностью перекрыть все ходы, на случай, если когда-нибудь оттуда снова кто-нибудь вылезет.
Сухие лепестки, пропитанные кровью, хрустели под ногами, а пепел взлетал в воздух, подобно пыли. Глыбы льда повсюду пугали своими размерами и завораживали остротой. Мрачные обсидиановые проходы между огромными пещерами, внутри которых света отнюдь не водилось, пугали эхом.
Мы скоро вернёмся наверх? – спросил жалостливо Тлеяр, прижимаясь к Новобранцу. – Тут холодно и страшно.
Тут больше нечего бояться, можешь мне верить. – Новобранец не чувствовал характерного для демонов волнения в воздухе. – Мы должны защитить будущие поколения от возможных нападений демонов, так что, придётся ещё немного побыть тут. Но, если хочешь, Юнец проводит тебя до деревни к людям прямо сейчас.
Нет, лучше я останусь с тобой. – Решил Тлеяр и принял более уверенный вид. – А что мы ищем?
Само воплощения пустоты. – Ответил слепой дракон.
То есть, мы ищем «ничего»? – уточнил Юнец и скривил челюсти в усмешке.
Да, смотрите в оба. Сейчас я немного освещу пространство, а вы попытайтесь рассмотреть, где есть что-то ненормальное или выбивающееся из общей картины. – И из его пасти вырвались пышные языки пламени, взметнувшиеся к самому своду огромнейшей пещеры.
Серебряные искры падали свысока, не растворяясь в воздухе, но продолжая освещать мрак.
Тлеяр ничего не увидел, и потому встряхнул тело, после чего то налилось серебряным мерцанием.
Но тут просто гладь из пепла. – Возмутился Юнец и оторвался от земли, чтобы рассмотреть больше территории. В это время Новобранец выпустил новый сноп пламени и прошагал следом за хлопками крыльев.
Стой! – Юнец встрепенулся в воздухе и врезался в Новобранца, повалив того в пепел.
Что такое?
Ты выпустил огонь, и он весь устремился к земле, где сразу же погас. А потом я рассмотрел то, насколько глубоко он провалился. Ещё бы шаг, и ты... В общем, наверное, это и есть та самая Пустота. – Юнец встал на лапы и поспешил отойти подальше.
Новобранец же шире распахнул ноздри и напряг слух во все силы, но решительно ничего не почувствовал. Так пахла и звучала Пустота.
Определённо, это она. – Согласился Новобранец. Тлеяр отошёл на пару шагов назад и погасил свой огонь, страшась быть затянутым в бездну. – Можешь посмотреть, насколько большая? Облетишь ещё раз, а я выпущу огонь.
Юнец расправил крылья и поднялся в воздух. Новобранец снова полыхнул огнём, который растворился в Пустоте. Потом ещё раз, и ещё, но Юнец так и не нашёл границ.
Их просто нет. Всё, что простирается дальше – Пустота. А насколько это далеко, я не понимаю.
Это плохо? – с нескрываемым страхом спросил Тлеяр.
Плохо, мы не заложим её всеми теми костями, что у нас есть. – Новобранец развернулся обратно, сопровождающие его пошли следом. – Придётся закладывать всё с того места, где их мир обрывается нашим.
Они ушли уже достаточно далеко и потому не заметили ничего из того, что произошло дальше, а меж тем пустота начала ткать новый кокон из того огня, который драконы доблестно ей предоставили.
В нём таилось нечто невероятное, готовилось распахнуть глаза и повести за собой, запеть и расколоть лёд своих оков.
Поющий распустил руки в разные стороны и позволил миру наслаждаться своим существом. Он искал своих подданных, но тех нигде не было. Лишь один, но как далеко...
* * *
– Ещё мёда?
– Давай. – Гудмунд сидел и читал работы Кевина, пока Сэдрик наполнял лодочки. – Твой отец действительно верит в...
– Да, он верит во всё, что придумывает себе. – Сэдрик ничуть не сомневался в этом. Он подошёл к другу и протянул ему лодочку. – Он ещё постоянно пытается подтвердить свои догадки, но, зачастую, получается только навести грязи по избе.
– То есть, эти записи про изучения строения и поведения демонов, тоже им подтверждены?
– Чего? – прежде парень не видел этих отцовских записей. – Покажи-ка.
Он забрал свиток у друга и начал пробегаться глазами по тексту, между строк которого красовались реалистичные зарисовки. Сомнения и догадки переполняли голову.
– А может быть такое, что твой отец... ну, скрывает ото всех демона? – Гудмунд поднялся с деревянного стульчика и размял спину, покрутившись в стороны.
– Надеюсь, это его очередные бредни. – Прошептал Сэдрик и оторвался о текста. – Пойдём на мечах махаться, всё равно делать нечего.
– Ну пошли, только, если я тебя проткну, извиняться не стану, сам виноват, что не выходил на тренировки с Торгни всю прошлую неделю...
Их голоса удалялись. Кевин шастал где-то за пределами своей мастерской, поэтому не слышал разговора сына с другом, но когда вернулся и обнаружил валяющийся на полу свёрток со своими наработками, нервно кинулся к одной из полок, что висели на стене, и распахнул дверцу. Но его страхи не оправдались – подопытный брыкался в стеклянной банке, стараясь выбраться. Яростнее обычного. Но самое главное, что его не нашли.
Прижав банку к груди, Кевин судорожно повторял шёпотом всё одно и тоже:
– Никому тебя не отдам, не бойся, папочка рядом...
* * *
– Ты ни за что меня не догонишь! Бе-бе-бе! – Круз убегал от Абайсгледа. Наконец он спрятался за углом избы и приютился в кустах, чтобы напугать друга, когда тот подойдёт поближе. Но этому было не суждено свершиться, ибо дар на руке сверкнул янтарём, напугав самого Круза.
Мальчик судорожно задышал и кинулся домой, и не подумав объясниться с Абайсгледом. Дверь за ним захлопнулась слишком громко, но его это и не волновало, пускай мама и сделала ему замечание. Он кинулся на нижний этаж, где хотел отыскать Рию.
До того времени, когда им построят собственную избу, Трюггви поселился с ними. Спали впятером в одной избе. И только Круз – в одиночку.
Часто ночами ему снились кошмары того дня, когда он чуть не погиб от того, что отдал своей магии слишком много сил. После таких видений он просыпался в холодном поту и часто больше не мог заснуть до самого утра, восстанавливая дыхание и успокаивая мысли.
Но с тех пор дары не напоминали себе, а сегодня это изменилось. Он никак не мог ожидать от себя подобной паники, отчего перепугался ещё сильнее.
Внизу на кровати сидела Риа и читала какую-то легенду. Круз подсел рядом и понял, что это та самая сказка Трюггви, которая превратила его в духа. Зачем Риа читает её теперь, если можно заняться чем угодно, но не этим?
– Риа, ты можешь мне помочь? – Круз придвинулся ещё ближе и обнял руку сестры.
– Что случилось? – сразу же отозвалась девушка. Последние недели она чувствовала себя наполненной и готовой на всё, но сегодня настал тот день, когда хочется отдохнуть от суеты и скрыться от вечно говорящих деревенских и побыть наедине с собой и своими мыслями. – С тобой всё в порядке?
– Да... нет. – Он встретил вопросительный взгляд сестры и решил. – Не в порядке. Мне снятся кошмары...
– Ну и как тебе сейчас живётся? Влился в привычную жизнь? – Трюггви подавал Калену бревно. Скутт ушёл к Тайвосу за инструментами, и парни остались вдвоём с поручением лучшего стрелка деревни. Они возводили будущее жилище для Рии и самого Трюггви.
– Знаешь, привычной жизнь больше не станет. – Кален вздохнул и присвистнул. На зов к ним подлетел Новобранец. Дракон взял сильными лапами бревно и поднял его на нужную высоту, помогая людям. – Вокруг летают очаровательные драконы, вместо отца какой-то мужик-олень, у каждого второго под рукавами драконьи дары, Риа стала травницей, вы с ней сыграли женитьбу... Всё поменялось до неузнаваемости.
– Но ты больше не в плену у демонов. Мне кажется, это должно быть прекрасно.
Демоны больше нас не потревожат, костяные мастера полностью запечатали всевозможные проходы остатками Главаря. Им не протиснуться к нам, даже если сильно захотят. Да и дар создания они не получат, пока он у такого надёжного носителя. – Новобранец, разобравшись с бревном, спустился рядом с Трюггви и грозно вздохнул. – Теперь только мир и пок...
Дальше парень не разобрал ни слова, потому что воздух покрылся какими-то пятнами. Трюггви облокотился о дракона, но того лапы тоже не держали. Они свалились на землю, а всякие попытки подняться на ноги не заканчивались успехом.
– Что с вами такое? – Кален подавил испуг и рывком поднял Трюггви на ноги.
– Ты не чувствуешь? – лицо Калена расплывалось перед взором и покрывалось чёрными пятнами. – Что это такое, Новобранец?
Я... я н-не знаю. – Ощущения были похожими на те, какие ему приходилось терпеть, когда легенды из прошлого врывались в разум. Но сейчас о себе напоминало нечто более далёкое и могущественное.
– Проклятье, меня сейчас вырвет. – Трюггви согнулся пополам, а взгляд Новобранца, наоборот, прояснился.
Проклятье! Трюггви, ты слышишь? – все иллюзии спали, мир принял привычный вид, но становился теперь более далёким и неосязаемым.
И тогда по их мыслям пронзились одинаковые слова.
ВСЕ ТРАВНИЦЫ ПРОКЛЯТЫ
Волна странных ощущений прекратилась, а мир одним хлопком окончательно вернулся под ноги. Кален всё ещё не понимал, что происходит, зато Трюггви рванул с места, что есть сил.
Новобранец разогнался и последовал за ним до избы Скутта. Парень мог бы снести дверь, если бы вовремя не остановился. Он проигнорировал ступеньки и спрыгнул сразу на нижний этаж, но увидел только рыдающего Круза и успокаивающую его Дэлл.
Мальчик повернулся к Трюггви и захлебнулся новой волной плача. Маг не мог терпеть, он нервно дышал, мотая головой в разные стороны, будто желая отыскать Рию здесь, словно она пряталась под кроватью или за тумбой.
– Она... О-о-она исчезла! – Круз задыхался от собственных всхлипов. Трюггви подошёл ближе, наклонился и прошептал мальчику.
– Найди её, у тебя есть дар пути. – Он закатил рукав рубахи Круза, но не обнаружил ни единого следа магии.
– Я-я отдал их Ри-ие, и-и-и о-она и-и-исчезла. – Круз вжался в грудь Дэлл, которая не понимала, что и думать, а Трюггви присел на пол и закрыл руками лицо, не зная, чему верить.
Но потом он отыскал на полу под кроватью свёрток бумаги и валяющийся рядом с ним сухой цветок, от которого откололась пара лепестков.
Парень лихорадочно схватил свёрток и, убедившисьв том, что это за бумага, прижал его к груди и закричал во всё горло, не жалеясил. Её здесь больше не было. Её просто не существовало.