* * *

   – Ты же кого-то ждала? – тихо спросил Денис. – Там, сидя у стенки?

Друзья лежали на поляне, в лесу-убежище. Яркое небо заставляло слезиться детские глазки, ледяной ядрёный воздух раздражал носы... Что ж, зато все были тепло одеты, и никто не мёрз, даже лёжа на рыхлом, неутоптанном снегу.

Это было обычное дело - приходить в лес и лежать вот так вот часами на полянке. Не важно - летний сегодня день или зимний. Каждое время года приносило свои отличия. Летом устраивали пикник, осенью лазали по деревьям, зимой играли во что попало, весной собирали букеты или сажали на поляне деревья и цветы. Каждый год в традиции входило что-то новое, но привычки оставались прежними.

– Ушу-шу, мушу-шу, я всё слышу! – громко сказала Регина, падая рядом с ними в сугроб. – Что за секретики?

– Нету никаких секретов, – посмеялась Инфелиз, протирая перчатками от снега глаза. – Я ждала дядю.

– Он приедет?

Инфелиз смотрела в небо. Тёмные верхушки высоких елей и сосен потихоньку сбрасывали вниз, на поляну, снег, перистые облака постепенно плыли к западу, ясное дневное и холодное солнце светило прямо в глаза. И кто бы знал, как хорошо и привычно было детям вот так, лёжа и глядя далеко ввысь, встречая молодое Светило утром и провожая его же, раскрасневшегося, ранним вечером.

– Да, приедет. Должен был уже сегодня утром прийти, но, видимо, что-то пошло не по плану.

– А что, конфет от доброго дядьки хочется? – со смехом упрекнула подруга Дениса. Тот хмыкнул и продолжил разглядывать высокие ели, задумавшись о чём-то своём.

Проводя дни в лесу даже детям было приятно полежать и собраться со своими мыслями в тишине. И компания в лицах друг друга никого уже давно не смущала.
Никто кроме них об этом месте не знал. Лес, поляна, озеро, недалеко отсюда - всё это было их общим секретом.

~Вот приедет... Когда наконец приедет... Вот объявится, и тогда брошусь ему на шею и никуда не пущу! Пусть у нас живёт. Родственники ведь. Или он не ладит с мамой и папой? Я бы тоже не ладила... ~ думала Инфелиз, пытаясь потом поймать звуки тишины.

Подул ледяной ветер. Лежать на сугробе стало холоднее – кристаллики снега полетели "жителям леса" в лицо. Друзья медленно и нехотя поднялись с поляны и буквально поплелись к ледяному озеру.

Оно было не далеко от поляны, там же росли могучие, широкие дубы, на которых было очень удобно сидеть и с них же прыгать в сугробы. А лес этот, судя по формам полянам и озера, любит круги. Оба были обрамлены деревьями чётко и строго по кругу.

В лесу царила самая зимняя атмосфера. Куча диких елей, высоких, голых деревьев, облачившихся в снежные рубашки, нетронутые сугробы и куча, огромная куча шишек, хвойных иголок, кристаллически сложившихся льдинок на снегу... Из этого всего столько можно было придумать - голова взрывается от количества идей и фантазий.

Солнце уже близилось к горизонту. На дворе стоял всего лишь пятый час дня, морозный ветер порою разгуливал меж лесных деревьев, с каждым получасом воздух всё холодел и холодел...
Отроки не спеша шли в сторону дубняка и озера, иногда проваливаясь по колено в сугробы и поскальзываясь на замёрзших с осени лужах. Тёплые шапки впитали в себя весь морозный, новогодний дух, хотя ещё не промокли. Заледеневшие, маленькие шарики упорно цеплялись за шерсть на рукавицах и шарфах, сапожки всё слабее грели. Близился вечер, а уходить из лесу не хотелось никому.

– Что-то скучно... – вздохнула Регина.

– Зато красиво... – выдохнула Инфелиз, обходя стороной высокую ель, – смотри, сколько на лапах снега!

Все остановились и перевели взгляд на широкие еловые ветви, от основания покрытые снежным одеялом.

– Очень, – усмехнулся мальчик, после чего неожиданно воскликнул, – берегись!

В эту же секунду друг запустил руки в снег и, словно заранее готовый, вытащил оттуда снежный шарик. Полетел он в Инфелиз, но та успела пригнуться и уронить вместе с собой подругу. Та завизжала, но упала мягко, зато на могучем стволе ели остался небольшой снежный след.

– Удивительно и непредсказуемо, – усмехнулась Инфелиз. Зато Денис широко улыбнулся и, долго не раздумывая, запустил очередной снежок, только на этот раз не в девчонок, а немного выше - в еловую лапу.

Весь снег с ёлки дождём посыпался на подружек. Те завизжали и закрыли головы руками, зато уже через десять секунд начали откапываться, кто смеясь, а кто - ворча.

– Не скучно больше? – усмехнулся Денис.

– Нет, – пробурчала Регина, после чего встала и запустила в друга своим снежком.

В попытке увернуться от летящего шара, парнишка упал в сугроб спиной. Лицо засыпало снегом, он не мог ничего сказать. Теперь он просто лежал в снегу, но всё продолжал смеяться.

– Вот теперь точно не скучно, – довольно заверила всех Регина.

– Согласна! – Инфелиз слепила снежок и, не вставая с сугроба, кинула его в подругу. Пока та очищала от снега рукавицы, темноволосая успела убежать и забраться на один из дубов.

У каждого в детстве, наверное, было своё любимое дерево. Счастливое, на котором не грех и спрятаться от остальных людей, проблем или плохого настроения. Именно на такое девочка и забралась.

И, наверняка, каждый в своём далёком прошлом мечтал хотя бы раз взлететь. Пусть на самолёте, на птичьих крыльях, на метле – всем хотелось научиться летать. Чтобы парить под самыми облаками, за секунду добираться до мест назначения и ловить на себе поражённые взгляды взрослых и детей. Хотелось хоть разочек посмотреть на мир, родной город или дом свысока...

Именно потому Инфелиз забиралась на дерево каждый раз выше обычного. Эта высота, дыхание дружелюбного, пустого и до жалости одинокого леса, зимний морозный дух - всё это будто поднимало, звало девочку выше...

– Инфелиз, ты где?

Денис быстро выбрался из сугроба и побежал за подругой. В принципе, он знал, куда она могла пойти, но оставаться в сугробе одному очень не хотелось. Регина тоже натянула шапку пониже на лоб и присоединилась к юноше.

Инфелиз сидела и наблюдала за друзьями с дерева. В лесу уже темнело, воздух становился свежее и прохладнее. Кое-как разглядев внизу, у тропинки шагающих сверстников, она скатала новые снежки на случай, если кто-нибудь из них снова начнёт "бой".

– Эй, уже темно! Спускайся, – позвала Регина, заметив силуэт Инфелиз на дереве. – Пошлите домой.

– Не, давай через пол часика. Меня отпустили до шести, – похвастался Денис.

У Инфелиз ёкнуло сердце. Что, если дядя уже приехал, а она всё ещё тут? Он ведь не на долго, зачем терять время напрасно?

Девочка огляделась. Всё ближе ползли сумерки, темнее становилось небо, синее снег. На длинной дороге, отделённой от лесной опушки снежным пустырём, уже начали загораться яркие фонари. И, пусть здесь было необычайно красиво в это время, ей очень не хотелось возвращаться домой позже Филиппа. Хотелось встретить его дома, чтобы быть готовой целый вечер таскаться рядом.

– Мне надо домой, – оповестила друзей Инфелиз. – Вы же хотите конфет от доброго дядьки? – передразнила она подругу.

Друзья хмыкнули. Денис хлопнул ладонью по дубу, словно проверяя его на прочность.

– Ну, тогда спускайся.

В последний раз окинув взглядом лес с высоты, девочка аккуратно спустилась с дерева. Под ногами снова хрустнул снег, подул в лицо ветер, защипало от снега глаза. Надо. Надо было возвращаться домой.

Еле разбирая под ногами тропинку, она в первых рядах двинулась обратно к поляне. Кое-как успевая за ней, Регина и Денис пошли в ту же сторону.