Алекс
- А ты странный человек, - сказал принц Гелегил, закрепляя себя веревками на дереве.
- Почему? – я находился несколько выше, на вершине, откуда мог осматривать поляну. После того, как мы спаслись, пришлось быстро покидать озеро и бежать в соседний лес. Мы боялись, что хрипуны водятся с этой стороны скалы, и можем вновь на них нарваться. Вызвался наблюдателем. Была еще ночь, но рассвет уже близился, а в темноте могу видеть только я.
- Признаюсь, я видел мало имиридов, в основном это торговцы, или бандиты, но все они не слишком тепло относились к примерцам или другим народам материка. Слышал, что нашу жизнь вы ни во что не ставите, однако, бросать тех мужиков ты не хотел. Я не видел твоего выражения лица в тот момент, но понял это по голосу.
- Имириды бывают разные, - перед глазами возник тот город, навсегда спящий во мраке. – Они были неплохими людьми, и в какой-то степени, они мне нравились. Не стоило их оставлять, - мой голос дрогнул.
- Не мучай себя, Алекс. Их там были десятки, если не сотни. Тебя бы сразу порвали на куски или поймали и впрыснули яд. Для человека это почти мгновенная смерть, а для имирида долгое и мучительное разложение изнутри. Я знаю, вы смерти не боитесь, и после все равно вернетесь...
- Мы боимся смерти, - не задумываясь, ответил я. – По крайней мере, многие из нас точно. Может, делаем вид, что нам все равно, но в душе ужасаемся этому.
Послышался треск сучков. Гелегил менял свое положение, чтобы удобнее со мной разговаривать.
- А что там? Что идет после вашей смерти? Куда вы попадаете? Ходят различные слухи на этот счет.
- Тьма. Холод. Трудно описать словами. Ты будто находишься нигде, и тебя самого тоже нет, точнее нет твоего тела, ты его не ощущаешь. Нет звуков, нет цветов, нет ничего кроме твоих мыслей. Проходят часы или может целая вечность, а ты все также находишься во тьме. Потом приходит боль. И она не имеет источника, не имеет направления, ты просто сам становишься клубком перетянутых нервов, которые тыкают расплавленным железом. Не знаю в чем ее источник, но может быть в этот момент наши тела создаются заново в святилище, от того и так больно.
- Звучит скверно. Не каждый способен такое выдержать.
- Далеко не каждый. Я видел детей, которые умирали десятки раз, и после возращения, от их личности ничего остается. Видел и взрослых, которые сходят с ума и начинают бредить и рассказывать, будто им снились какие-то древние сражения и войны. Сам я в это не верю, но я так часто не умирал.
- А сколько раз ты умирал, Алекс?