Глава 23
Я действительно узнала много новых слов, пока слушала, как Ина бурно выражала свое мнение насчет чертовых правил чертовой директрисы Нэтью в чертовой школе и того несчастного мальчишки Джима, которому она сломала бы не только нос, но и чертовых родителей.
Она приехала буквально через пару часов после нашей поездки за Иви, которая до сих пор спала. Белая уже долгие тридцать минут обогащала мой словарный запас, выплескивая гнев и страх за свою девочку. Кай, сидящий рядом со мной на диване, сначала был согласен с каждым её неприличным комментарием, но, спустя всего десять минут однотипных выкрикиваний Ины, «отключился» от происходящего, сосредоточившись на стене за телевизором.
— Даже не верю, что эта сука еще и посмела наказать Иви! Она же плакала, да? Сильно? — небесные глаза пытливо уставились сначала на моё лицо, потом на дикаря. Мы молча кивнули, полчаса злости одной на вид хрупкой Белой не на шутку изнуряют. — Завтра же поеду в эту гребаную школу! За что, черт возьми, я плачу?! За то, чтобы моей дочери какие-то малолетние придурки портили жизнь?! Доводили до слез?! Да этой директрисе самой психолог нужен, черт возьми!
Кай устало потер лицо и, пробормотав «принесу что-нибудь», ушел на кухню. Черт, почему я не додумалась так сделать раньше него?
— Почему Кай не защитил Иви? — девушка без сил опустилась на диван.
— Защищал. Просто... Не до этого было. Она очень хотела домой, и нужно было побыстрее закончить, — да, это Джун Моретти, которая заступается за дикаря.
— Я плохая мать. Я должна была быть рядом, — она потерла руками покрасневшие глаза и тяжело вздохнула.
— Уверена, ты еще успеешь...
— Что? Спасибо, Джун, — она отвернулась от меня, — за поддержку.
Несколько молчаливых, обиженных секунд я смотрела на прекрасную Инессу Эйрменд: на её золотые шелковые волосы, собранные в небрежный хвост, от которого потом будет болеть голова, на её длинные бледные пальцы, пыталась поймать взгляд её полных синевы глаз.
Правильная, безупречная принцесса. Разве может Чудовище объяснить Красавице, что его обижали, обижают и буду обижать, как бы она ни старалась отправить на казнь всех обидчиков?