Глава 18. Точка кипения.
Прошло три дня.
Небо было затянуто плотными серыми облаками , будто само не решалось – плакать или молчать. Воздух на кладбище был холодным и влажным , трава под ногами приглушенно шуршала , пропитанная утренней росой.
Гроб Маргарет стоял у края могилы , покрытый темной тканью. Белые лилии и розы лежали вверх – строгие , спокойные , без вычурности. Священник говорил тихо и размеренно , слова текли одно за другим , как положено: о пути души , о покое , о встрече с теми , кто ушел раньше. Люди стояли молча , склонив головы.
Когда настал момент прощания , гроб медленно опустили в землю. Веревки скрипнули , ком земли глухо ударился о крышку – звук , от которого у Эвы сжалось сердце. Кристофер стоял рядом , не убирая рук из карманов пальто , челюсть была напряжена , взгляд устремлен вперед. Он не любил похороны. Никогда.
Священник закончил , люди начали подходить по одному , бросая горсти земли, кто-то цветы. Все происходило так , как должно было происходить.
Когда все было закончено , кладбище начало медленно пустеть. Шорох шагов растворялся между надгробиями , чужие голоса стихали. Эва осталась стоять , сжимая в руках букет белых хризантем. Она шагнула вперед и опустилась на колени , аккуратно уложив их на могилу.
Эва: Мне жаль.
Голос дрогнул и она замолчала , не договорив. Она встала , вытерла ладонями лицо и сделала глубокий вдох, будто пыталась заставить себя успокоиться. В этот момент рядом оказался Кристофер. Он ничего не сказал сразу. Просто встал рядом , так близко , что Эва почувствовала его тепло сквозь ткань пальто.
Кристофер: Ты держишься лучше , чем я ожидал.
Эва: Я просто стараюсь не дать слабину. Если хоть на секунду позволю эмоциям взять вверх , то потеряю контроль над собой.
Он повернулся к ней. Впервые за все его утро в его взгляде не было ни сарказма , ни привычной легкости – только честная , почти болезненная серьезность.
Кристофер: Знаешь, ты не обязана все тащить на себе. Иногда можно опереться на кого-то.
Она посмотрела на него. Ветер тронул ее волосы, холод пробрался под воротник. И вдруг вся выдержка , вся собранность дала трещину.
Эва: Мне ее так жаль...я все время думаю: а если бы мы сделали что-то , хотя бы на минуту раньше.
Он осторожно взял ее за руку , сжал пальцы крепко , уверенно , будто якорь.
Кристофер: Мы не боги. Так можно до бесконечности говорить «а что если бы» , Маргарет этого не хотела бы.