4 глава

21:00. Заброшенная промзона у реки
На мне - чёрные узкие брюки, бесформенное худи и кепка, затеняющая лицо.
Господи, если кто‑нибудь из универа увидит меня в таком прикиде… - мелькнуло в голове, но дрожь мгновенно смыло адреналином.
Я перелезла через трёхметровую бетонную стену, нащупав выбоины, словно ступени. С другой стороны - плоская крыша складского бокса.
Тихо… Руки в перчатках притянули к карнизу верёвочную петлю, и я плавно скатилась вниз, устроившись за металлическим вентиляционным коробом.
Вытащила зеркалку Элизы - чёрный «Canon» со съемным длиннофокусным объективом 70‑200 mm.
Закрепила её на мини‑штатив «гориллапод»: гнущиеся ножки обвила вокруг водосточной трубы.
Включила режим видеосъёмки - ISO 3200, чтобы цеплять каждую искру в полумраке. Красный индикатор мигнул; я заклеила его кусочком изоленты - никакого света.
Вставила микрофон‑«пушку» и направила вниз, к площадке, где жужжали моторы фургонов.
Нажала REC. Объектив легко скользнул - картинка в визоре вспыхнула.
Из матово‑чёрного фургона вышел Карл - безупречный тёмный плащ, серебряная пряжка на ремне. За ним, словно тени, ступали трое его сыновей. Я сжала зубы.
К Карлу приблизился ещё один мужчина - рослый, в длинном пальто, лицо прятал капюшон. Тоже мафия? - мелькнуло.
Мужчина указал на пришвартованную моторную лодку. Карл кивнул… и тут из второго фургона высыпали люди в масках, автоматы подняты. В мгновение стволы повернулись - на сыновей. Карл с таинственным незнакомцем спокойно отошли к вооружённым, будто это и был их лагерь.
Что за чёрт? Он бросил своих детей? Лёд под рёбрами заскрипел. В перекрестье объектива три молодых лица - удивление, потом ярость.
- Нужно отвлечь их, - прошептала я. Выключила запись, сдёрнула штатив, сунула камеру в рюкзак‑слинг.
Спрыгнула со стены - пятки в мягких кроссовках не издали ни звука - и сорвалась в бег. Я выскочила между фар, оказалась прямо в прожекторном свете машин. Гул разговоров оборвался; десяток стволов дёрнулся в мою сторону.
- Эй! - крикнула я, делая вид, будто что‑то ищу в карманах. - Снимайте, это полиция!
Ни секунды не тратя, сыновья рванули к внедорожнику. Двигатель взвыл. Я же вдруг осознала, что стою одна перед вооружёнными головорезами, - и ринулась в сторону складских подъёмов.
Асфальт мелькал под ногами; один из масочников уже догонял, ботинки били дробь всё ближе.
Саша, зачем ты вообще полезла геройствовать? - ругала я себя сквозь стук сердца.
Справа резко притормозила машина, дверь распахнулась. На пассажирском сиденье - младший сын Карла, лицо в ссадинах:
- Давай, залезай! Ещё секунда - и тебе конец!
Я прыгнула внутрь. В салоне, на сложенных сиденьях, - средний брат без сознания, жгут затянут выше плеча.
- Что с ним?! - выдохнула я.
Старший, за рулём, не отрывал взгляда от дороги:
- Снайпер задел плечо, пуля вышла, но кровопотеря. Аптечка в багажнике!
- Держите руль! - крикнула я и полезла назад. Нашла сумку, раскрыла клапан: бинты, салфетки, жгут, ампулы.
Через полчаса лихорадочной езды и резких поворотов мы укрылись в пустом подземном паркинге. Я протёрла рану спиртовой салфеткой, наложила стерильную салфетку, перемотала плечо бинтом и зафиксировала руку косынкой.
Старший брат выдохнул:
- Он в порядке?
- Давление падает, но жить будет, если доставим в больницу. - Я посмотрела на младшего. - А теперь расскажите, почему ваш отец пытался вас убить.
Ветер свистел в разбитом стекле, и никто не спешил отвечать. Над нами гудели неоновые лампы, освещая конец одного боя и, возможно, начало совсем другой войны.
- В больницу мы не можем, - резко сказал младший, всё ещё тяжело дыша. Его взгляд метался по сторонам, будто он ожидал, что из темноты вот‑вот появятся те самые люди с автоматами.
Я посмотрела на него с недоумением:
- Что значит "не можем"? Ему нужна помощь. Он может…
- Нас там сразу найдут, - перебил его старший, наконец повернувшись ко мне. В его голосе не было паники, только глухая усталость и скрытая ярость. - Карл контролирует половину врачей в этом городе. Если мы появимся в больнице - нас там и добьют.
Он посмотрел на раненого брата, тот едва дышал, но сознание не терял.
- Я не знаю, что он задумал, - продолжил старший, медленно и хрипло. - Но что‑то не так. Мы ведь его семья… были. А он - просто позволил направить на нас оружие.
- Даже не моргнул, - добавил младший, и в его голосе впервые прозвучала боль, не злость.
На секунду повисла тишина. Где‑то вдалеке загудел поезд. Я почувствовала, как в груди сжимается сердце.
- Он вас предал… - прошептала я.
Они не ответили. Только переглянулись - впервые без вражды, будто поняли, что враг теперь у них общий.
И этот враг - Карл.
Вдруг я почувствовала движение - кто-то начал шевелиться. Я обернулась и увидела, как средний брат приподнялся, застонал и схватился за голову.
- О, ты очнулся! Как ты? Всё в порядке? Ничего не болит? Хочешь, отдохни ещё немного, - заботливо заговорила я, наклоняясь к нему.
Но не успела я договорить, как грубый голос старшего сына оборвал меня:
- Да заткнись ты уже! Можешь хотя бы минуту помолчать?
Я отпрянула, уставившись на него с возмущением.
- Ах вот как… Какие мы благодарные. Не забывайте, кто вам помог выбраться живыми, - прошипела я, глядя ему прямо в глаза.
- Хватит, прекратите, - простонал средний сын, держась за виски. - У меня и без вас голова сейчас лопнет.
Младший нахмурившись, посмотрел на меня:- Что будем с ней делать?
- Со мной? - переспросила я, удивлённо округлив глаза. - В смысле что делать? Я домой поеду, конечно.
- Не надейся, - холодно бросил старший. - После всего, что ты видела и знаешь, мы тебя просто так не отпустим. Мы едем в мой особняк.
- Вы совсем с ума сошли?! У меня, между прочим, работа и учёба! - возмутилась я.
- Вау… - протянул младший с восхищением. - Ты совмещаешь и учёбу, и работу? Круто.
- Хватит болтать, - вздохнул средний брат. - Может, уже представимся наконец?
Я кивнула: - Ладно, давайте я начну. Меня зовут Саша. Мне двадцать. Я учусь на юриста и работаю в офисе, который остался мне от отца.
- Лиам, - быстро вставил младший. - Мне восемнадцать, я ещё учусь, но мечтаю стать настоящим мафиози!
- Не неси чушь, Лиам, - бросил страший с недовольной миной.
Средний усмехнулся,- Я Джеймс. Мне двадцать. Раньше я работал в офисе отца… теперь, видимо, уже нет.
Наступила короткая тишина. Я посмотрела на страшего сына
- А ты не представишься?
Он даже не повернул головы.
- Обойдёшься, - буркнул он.
- Его зовут Итан, - хмыкнул Джеймс. - И да, он у нас вечно хмурый.
Я хихикнула. Итан тут же метнул в брата злой взгляд, а я, кажется, впервые с момента встречи почувствовала - они не такие уж и одинаковые.
_______________________________________________
Надеюсь вам понравится 🩷