6. Рабочий день секс-куклы

В студии у Большого Майса всё как всегда. Огромная кровать посреди комнаты. С одной стороны полукругом выставлены штативы осветительных приборов, треноги для камер, разложены свёрнутые кольцами провода. Здесь годами ничего не менялось – разве что постельное бельё.

Валери помнит всё это в мельчайших деталях. При желании она могла бы нарисовать эту студию по памяти.

Съёмочная команда суетится, готовя камеры и освещение. Световик новый. Он иногда поглядывает на Валери, на её скрещенные ноги, на обнажённые бёдра, на голую грудь. Её уже давно не волнуют такие поглядывания.

По статистике актрисы взрослого кино выгорают за два года интенсивной работы. Валери продержалась куда дольше. И в свои двадцать восемь лет она не теряет популярности.

На большом столе разложены микрофоны и линзы для камер. На маленьком – батареи флаконов и тюбиков с лубрикантами, гелями, гигиеническими жидкостями, коробки презервативов. У Валери возникают ассоциации с медицинскими инструментами, подготовленными к операции.

Она сидит в низком матерчатом кресле. Одежду она оставила на диване для персонала – его не используют в съёмках, и за его чистоту можно не беспокоиться. Оператор и световик всё возятся, и от долгого сидения на у неё на ягодицах могут остаться красные следы от кресла, и надо будет сначала подождать, пока они сойдут – а может, визажистке придётся поработать кисточкой и пудрой. Это единственное, что беспокоит Валери.

Актёр в кресле напротив тоже голый. Он смотрит на неё не отрываясь, лыбится и поигрывает мускулами. Мачо.

– Валери Стилл, надо же, – говорит он, сверкнув отбеленными зубами. – Я Джонни Хардман.

Здоровенные руки с выпирающими бицепсами. Накачанный пресс, грудные мышцы как две плиты. Загорелый, гладко выбритый. Внушительный болт покоится на бедре.

Валери равнодушно пожимает плечами.

Не понимая намёков, он всё водит по ней масляным взглядом.

– Всегда мечтал тебя... всегда хотел с тобой поработать. Я профессионал, – невпопад добавляет он.

В его взгляде, в самодовольной улыбке уверенность. Валери смотрит на него так, будто его тут нет. Он перестаёт лыбиться и смущённо отводит взгляд.

– Отлично, мы готовы! – выкрикивает режиссёр, вставая с дивана. – Как наша звезда, в норме?

Валери молча кивает. Режиссёр смотрит на неё с подозрением.

– Что-то не так? – спрашивает он.

– Всё хорошо, – говорит Валери.