I «Там, где начинается зависимость»
Из-за штор слабо пробивались лучи солнца, которое встало совсем недавно. Комната ещё спала, утопая в полутени, когда резкий шум будильника разорвал тишину. Рука девушки мгновенно потянулась к тумбочке — выключить его как можно скорее, будто сам звук был чем-то недопустимым в её выстроенном порядке. Она не позволяла себе лежать ещё пять минут в кровати — это было не в её правилах. Поэтому, быстро проснувшись, она резко села, и уже через секунду её ноги нашли тёплые домашние тапочки. Ни зевков, ни потягиваний — только движение вперёд. Она направилась в ванную.
Проходя мимо стены, девушка на секунду задержала взгляд на аккуратно развешанных грамотах. Они занимали почти всю поверхность, выстроенные ровно, симметрично, без единого перекоса. На каждой из них гордо красовалось одно и то же имя — «Алиса».
— Сняла бы их к чёрту. Раздражают, — пробормотала она, скривившись и слегка зевнув, но всё же не замедлив шага.
Как только она вошла в ванную, её взгляд сразу же упал на отражение в зеркале. Голубые, ещё сонные глаза смотрели на неё внимательно, будто оценивая. Они всё никак не могли проснуться окончательно и на секунду закрывались чуть дольше, ловя редкий момент тишины и покоя.
Алиса провела взглядом по своему лицу, затем подняла руку к волосам и недовольно поморщилась — они были пушистыми, непослушными, и это раздражало её. Не умывшись, она первым делом схватила утюжок. Движения были быстрыми, отточенными, словно она делала это не впервые и даже не сотый раз. Прядь за прядью светлые волосы становились идеально ровными, гладкими, послушными — такими, какими они должны быть.
Она часто слышала в свой адрес, что если «блондинка», значит глупая. Эти слова будто въелись в память, но к ней они не имели никакого отношения. Совсем. Алиса была гордостью своих родителей. Она много училась, ещё больше читала, заставляла себя быть лучше с каждым днём, чтобы однажды снова услышать заветное: «Мы гордимся тобой, Алиса». Она знала — только так можно заслужить их любовь. По-другому нельзя.
Выпрямив волосы до идеальной ровности и убедившись, что ни одна прядь не выбивается, она наконец умылась. Холодная вода окончательно привела её в чувство. Снова посмотрев в зеркало, Алиса потянулась к косметике. Она не красилась ярко — ничего лишнего, ничего вызывающего. Лишь аккуратно скрывала заметные недостатки, подчёркивая аккуратность и чистоту образа. Ведь даже внешне она должна выглядеть идеально. Ни единого изъяна. Ни единой ошибки.