Глава 11
Пока Гарри приводил себя в порядок, мисс Скамандер терпеливо дожидалась его в гостиной, уткнувшись носом в книгу. Гарри, прочитав название, удивленно присвистнул:
— Стивен Хокинг? «Черные дыры и молодые вселенные»? Интересный выбор.
Луна Скамандер подняла на него задумчивые глаза с поволокой и улыбнулась.
— Для развлекательного чтения вполне подходит, — ответила она, закрывая книгу. — Но здесь слишком много рассуждений, и слишком мало физики... Я думала сейчас о бабочках...
— О бабочках? — удивился Гарри неожиданной смене темы. Он присел на стул напротив собеседницы.
— Не только о бабочках на самом деле, — продолжила странная волшебница. Более странная, чем все ее «коллеги», встреченные Гарри ранее. — Бабочка создана из двух видов химических элементов: водорода, возникшего в ходе Большого Взрыва и имеющего возраст более десяти миллиардов лет, и углерода, азота, кислорода и серы, которые образовались гораздо позже – при термоядерном горении массивных звезд. В конце своей эволюции эти звезды взорвались как сверхновые, и ударные волны распылили в космосе и добросили до Солнечной системы химические элементы тяжелее гелия – углерод, кислород и другие. При вспышке сверхновой звезды образовались и самые тяжелые химические элементы – от железа до урана, – которые также можно найти в бабочке. Это легкомысленное насекомое состоит из древнего инозвездного вещества. Бабочка несет в себе как следы первых минут рождения Вселенной, так жизни и смерти многих звезд... *
Гарри с интересом смотрел на собеседницу. Глаза ее мерцали, устремленные в никуда, на щеках появился румянец.
— В какой-то мере, — продолжала Луна, — мы все, как и бабочка, как и эта книга, бессмертны и вечны. — Она ласково провела рукой по книге, лежащей у нее на коленях.
Гарри улыбнулся. Непохоже было, что девушка заговаривала ему зубы. Она просто привыкла говорить то, что пришло ей в голову. Он бросил взгляд на часы, висевшие на стене как раз над головой Луны Скамандер; до прихода Сириуса и мистера Поттера оставалось чуть больше часа.
— У вас очень интересное видение вещей, — сказал Гарри. — Можно сказать, нетривиальное. Но вряд ли кого-то, желающего жить вечно, удовлетворит то, что элементы, из которых состоит его тело, бессмертны.
Луна хмыкнула.
— Вам ли, Повелителю Смерти, не знать, что душа не менее бессмертна. А насчет нетривиальности — я ведь дочь Ксенофилуса Лавгуда, главного редактора «Придиры». Положение обязывает, так сказать, нести поэтическую чушь.
Гарри это ни о чем не говорило.