Глава-1 Первый взгляд Майкла.

Солнце мягко освещало дорогу, лёгкий ветер играл с волосами. Всё казалось спокойным... слишком спокойным.

У Марии было отличное настроение - сегодня она впервые шла в первый класс. Моя младшая сестрёнка. Весёлая, живая, умная. Она всегда была такой - яркой.

Я же... другая. Спокойная. Тихая. И, если честно, не такая умная, как она.

Мы шли по тротуару рядом и молчали. Но это молчание не было тяжёлым - просто каждую из нас занимали свои мысли.

- Мия, - вдруг спросила Мария, - а ты когда первый раз шла в школу... что ты чувствовала?

Я на секунду задумалась.

- Честно? Я плакала.

Она сразу остановилась и посмотрела на меня широко раскрытыми глазами.

- Почему? Тебя кто-то обидел? Скажи кто - мы вместе ему отомстим! - произнесла она своим тонким, но решительным голосом.

Я невольно усмехнулась.

- Да что ты такое говоришь? Никто меня не обижал.

- Тогда почему ты плакала?

Я отвела взгляд.

- Не знаю... Уже не помню. Наверное, боялась. Думала, что буду плохо учиться, и учителя будут меня ругать.

Мария кивнула, будто всё поняла.
А я... сама не была уверена, что сказала правду.

Я плакала не просто так.

В детском саду меня ненавидели. Надо мной издевались - и не только дети. Даже воспитатели делали вид, что меня не существует. Кто-то смеялся, кто-то шептался, кто-то просто показывал пальцем.

Я привыкла быть «не той». Лишней.

Сейчас я учусь в школе Киньон. Здесь меня никто не трогает.
И, наверное, это уже лучше... чем быть объектом насмешек.

Но и здесь я никому не нужна.

Пожалуй, самый близкий для меня человек - это Дима.
Он единственный, с кем я могу говорить по-настоящему. Не притворяться. Не бояться.

Мы живём по соседству, и, может быть, поэтому понимаем друг друга лучше, чем остальные.

Дима не такой, как все. Он тихий. Сдержанный.
И слишком взрослый для своего возраста.

Он мечтает стать адвокатом.
Странная мечта для мальчика, который с детства видел, как несправедлив бывает мир.

Про его семью ходят слухи.

Говорят, его отец - человек по имени Тихомор- сидит в тюрьме за тяжкие преступления, окутанные мраком.
А мама, Розалия, умерла, когда ему было всего четыре года.

Наверное... именно поэтому в его глазах всегда есть что-то тяжёлое.
То, что не должно быть у ребёнка.

И, может быть, поэтому я понимаю его.
А он - меня.

Мы ехали на такси. Мария вдруг повернулась ко мне:

- Ты ведь обещала сходить со мной в парк... Может, завтра пойдём?

- Ладно, хорошо, - ответила я.

Такси остановилось. Мария быстро вышла, поправила рюкзак. Дверь захлопнулась, и машина поехала дальше.