Глава 2
Я падаю на пол — ноги трясутся и не держат. По бёдрам течёт его семя. Есть уже не хочется. Влад медленно оборачивается на мои всхлипы. Несколько секунд разглядывает меня, скорчившегося на полу. Затем глубоко затягивается, выпускает дым в сторону, резким движением швыряет окурок в раковину и подходит ко мне. Хватает за шкирку, приподнимает.
— Ты чего разлёгся? Суп стынет. Я для кого старался, варил?
Тянет меня вверх, пытаясь поставить на ноги. Я держусь за Влада, помогаю себе, чтобы не упасть, а свободной рукой пытаюсь натянуть одежду обратно. Влад смотрит на это. Его взгляд цепляется за сперму на моих ногах, смешанную с кровью, которую я сам только что заметил. Какую-то секунду он просто стоит, рассматривая результат своей жестокости. Затем вздыхает, отстраняется. Я успеваю ухватиться за стол и растерянно поднять на него глаза. Он уходит с кухни, но возвращается с каким-то старым пледом, набрасывает мне его на плечи, помогает натянуть штаны, игнорируя липкую смесь на ткани.
— Заткнись уже, — говорит он мне, хотя я молчал. — Сопли вытри и садись за стол.
Я сажусь. Он напротив, разглядывает моё заплаканное лицо. Я, стыдясь своих слёз, быстро протираю лицо пледом, беру ложку в пальцы и начинаю есть. Пока я жадно ем вкуснейший суп с куском хлеба, Влад кладёт нож и пачку сигарет в ящик стола и куда-то уходит. Я продолжаю есть, но замечаю, что он не до конца закрыл ящик. Мне, конечно, становится интересно порыться в его вещах, и я решаю его открыть. Внутри лежат те самые сигареты, нож и какое-то барахло. Я решаю взять отвёртку на всякий случай и кладу её в карман.
Услышав шаги на обратном пути, я захлопываю ящик полностью и продолжаю есть. Тарелка уже почти пуста. Когда Влад возвращается, я вижу у него в руках мазь (не успеваю разобрать, для чего), футболку и тряпку. Он подходит к столу и смотрит мне в глаза. Я смотрю в ответ, сжимая в пальцах ложку. До меня не сразу доходит, что я закрыл ящик, а не просто прикрыл. Мне становится страшно.
Влад просто кидает футболку мне на колени, а мазь и тряпку кладёт на стол.
— Переоденься. Эта порвана вся.
Он смотрит прямо мне в глаза, не отрывая взгляда. Я чувствую, как моё лицо слегка краснеет, и опускаю взгляд на футболку. Путаясь в ткани, пытаюсь снять то, что осталось от старой, и надеть новую. Влад ничего не говорит про ящик.
— Встань и повернись. Задницу твою обработаю, пока не загноилось. Не хватало мне тут инфекцию лечить, вон у тебя рожа и так прыщавая.