Глава 12

«Расследование - это цепь подозрений, 
которые требуют проверки. 
Приходится заходить во множество гаваней,
 пока найдешь нужный порт»

Люк Босси* «Манхэттен по Фрейду»

Девушка выполнила нашу просьбу лишь наполовину. Проводив до дверей, ведущих в подвал, она ретировалась, списав все на какие-то пугающие слухи, распускаемые хозяйкой особняка.

Что к чему, я так и не понял.

Мы не стали вдаваться в подробности. Пришлось спускаться в самое ужасное и страшное место в доме в полном одиночестве. Вернее... В сопровождении друг друга...

Хорошо, что сегодня мы догадались прихватить с собой фонарики.

Стоило открыть дверь, перед нами предстала деревянная лестница, уходящая далеко вглубь непроглядной темноты подвала.

За тридцать четыре года жизни я впервые боялся спуститься под дом.

Что в этом было страшного? Сам не знаю. Просто... Какая-то неведомая мне сила удерживала от того, чтобы сделать первый шаг на пути к неизвестному.

Судя по закрытым глазам и судорожным вздохам Рекса, я оказался не единственным, чьи мысли были заняты подобными страхами.

— Долго стоять будем? — спросил напарник, резко открывая глаза и ухмыляясь. В его взгляде задорно играли азартные бесята.

Ухмыльнувшись в ответ, я сделал первый шаг по направлению к лестнице.

В свете фонариков стало видно, что она далеко не так безопасна... Почти на всех деревянных ступенях были видны трещины и дыры. У некоторых и вовсе отсутствовала половина!

С неимоверным трудом и кучей брани, мы, поддерживая друг друга, спустились вниз на мокрый, залитый какой-то жижей, пол. При свете тонких лучей казалось, что это — грязь, перемешанная с обильным количеством воды. Чертыхаясь и держась за руки, мы стали пробираться по ней в глубь темного каменного коридора, удаляясь все дальше от лестницы.

Неожиданно в полной тишине раздался крик Рекса. Его рука отпустила мою, а луч фонарика пустился в беспорядочный пляс по стенам. Напарник танцевал не менее причудливо. Казалось, если бы рядом с нами был костер, то неизбежно пошел дождь.

— Что случилось? — спросил я с напускной серьезностью, стараясь скрыть смех.

— Пауки! П-пауки! — крикнул он, сорвавшимся на фальцет голосом. После чего, не раздумывая, бросился бежать вперед.

Не разбирая дороги, я побежал следом. Сейчас самой главной задачей было — не разделяться.

Через несколько минут, которые показались мне долгими часами, я взлетел по новой лестнице, наверху которой ждал побледневший от страха друг.

— Не знал, что ты — арахнофоб,* — констатировал я, уперев руки в колени и стараясь восстановить дыхание.