Глава 27:«Таблетка от всех болезней»

Лия 🥀

Меня выдернул из сна глухой, надрывный и пугающе тяжелый кашель.

Я резко открыла глаза и тут же поморщилась от резкой боли в шее. Пару секунд я тупо всматривалась в полумрак комнаты, пытаясь сообразить, где нахожусь и почему всё тело так нещадно затекло. За большим панорамным окном расстилалась глубокая, глухая ночь. Я бросила взгляд на настенные часы - стрелки уверенно близились к девяти часам вечера.

Да уж, неплохо меня вырубило.

Память услужливо подкинула события нескольких часов ранее: как только Кай доел бульон, его почти сразу сморило - видимо, подействовало сильное жаропонижающее, да и измотанный потерей крови организм требовал своего. Я тогда тоже решила немного отдохнуть, потому что от дикого страха, паники и беготни с утра устала так, словно разгружала вагоны. Естественно, лечь на одну кровать с Каем Морганом я не согласилась бы даже под дулом пистолета. Вариантов оставалось немного, а точнее - всего один. Старое, страшно неудобное кожаное кресло, которое сиротливо стояло в углу напротив моего письменного стола. В нем я и уснула, поджав под себя ноги.

Кай снова громко, мучительно закашлялся. Этот звук заставил меня мгновенно подскочить на месте. Он прижал здоровую руку к перебинтованной груди и глухо, болезненно застонал, не приходя в сознание.
Сбросив с плеч плед, я в два шага преодолела расстояние до кровати и замерла.

Свет от полной луны, пробивающийся сквозь незавешенное окно, красивым серебристым полотном падал прямо на его напряженное лицо. Даже во сне Кай выглядел так, словно вел невидимую войну: его густые брови сурово сошлись к переносице, породистые скулы заострились, а дыхание было рваным, прерывистым и горячим.

На белом, чистом бинте, который доктор Карл так аккуратно наложил ему на голову, прямо над неповрежденным глазом, медленно проступало свежее, бурое пятно крови. Оно росло прямо на глазах, зловеще темнея в лунном свете.

Паника с новой сылой ударила по вискам. Боже, швы разошлись? Или когда он метался в лихорадке, зацепил рану?!

- Кай... - мой голос сорвался на испуганный шепот.

Нависнув над ним, я судорожно схватила его за широкое, горячее плечо и принялась слегка трясти.

- Кай, очнись! Ну же, Морган, проснись, пожалуйста!

Он издал протяжный, полный муки стон. Его челюсть судорожно двинулась, а темные ресницы на уцелевшем глазу задрожали. Кай медленно, с колоссальным усилием приоткрыл веко. Его единственный открытый глаз, затуманенный лихорадочным блеском и дикой, нечеловеческой болью, с трудом сфокусировался на мне.