Глава 3

После того случая, не хотелось с кем-то поддерживать общение. Я даже особо не разговаривала с Лиссой, когда осталась у нее на ночь. Лисса пьяная сразу вырубилась, а я лежала рядом, в той же клубной одежде, с немного размазанным макияжем и смотрела в одну точку. Перед глазами пролетали годы школы, тренировок, моменты с Лиссой и Итаном, постоянные наставления родителей, как нужно жить и что нужно делать, правила, идеология государства, слова бармена навалились на меня одним большим снежным комом. Проскальзывали мысли, зачем мне все это, нужно ли делать все, чтобы попасть в армию, какие секреты своих родителей я не знаю, и что меня ждет. Вопросы и воспоминания не давали мне уснуть. Я повернулась к Лиссе. Свет от ночника падал на блестки на ее лице и переливались. Я нежно убрала прядь ее золотых волос за ухо, поцеловала в лоб и прошептала:
- Я буду скучать по тебе.
Встав с постели и накинув ее темно-синий кардиган, я зашагала в ванную на цыпочках, чтобы меня никто не услышал. Смыла макияж, переоделась и спустилась вниз. Аккуратно закрыв за собой дверь, я накинула на голову капюшон черной толстовки и побрела в сторону своего дома. Время было около 7 утра, кто-то уже шел на работу. Мне не хотелось, чтобы меня кто-то узнал или видел, потому что после прошлой ночи я чувствовала себя грязной. Родители точно уже не спали и собирались в лабораторию. Было стремно смотреть им в глаза и объяснять причину моего раннего прихода домой. Они знали, что я была у Лиссы и я никогда не приходила так рано. Подойдя к дому, я заметила, сквозь жалюзи, утренний ритуал - готовящая кофе мама и читающий газету отец. Неожиданно открытая дверь, заставила родителей отвлечься от своих дел и повернуть голову на меня.
- Эмбер? Почему так рано, ты разве не была у Лиссен? - удивленно расспрашивала меня мама.
- Я... - сердце заколотилось, мне казалось, что о моем позоре знают все вокруг. На секунду я пожалела, что ушла от Лиссы не во время обеда. - Я была у нее, но всю ночь было очень тяжело спать, поэтому я не хотела ей мешать и ушла.
Мама ничего не отвечала пару минут, но после пожала плечами и предложила позавтракать. Она доверяла мне, по крайней мере я никогда ее не обманывала. Только что-нибудь не договаривала, но это явно было несущественно. Я ответила, что не голодна и хотела подняться в комнату, как папа остановил меня и сказал:
- Детка, сегодня отдохни, не тренируйся, побереги силы для завтрашних экзаменов, - он улыбнулся, подошел ко мне и обнял меня. - Мы с мамой любим тебя, у тебя все получится.
Было тепло и на мгновение я забыла про все проблемы. Я так редко получала от родителей такую поддержку, что мне хотелось расплакаться. Папа всегда был нежнее и трепетнее, от него я чаще слышала приятные слова. С мамой все было сложнее, она была очень строгая. Чтобы получить похвалу, нужно было выполнить ее команду. Я была словно дрессированная собачка, которая за трюки получала лакомство.
После объятий я поднялась к себе, плюхнулась на кровать и включила телефон. Пока я была на вечеринке и у Лиссы, он все время был выключен. Вообще друзья ненавидели мою привычку исчезать и не брать трубки. Но часто мне хотелось быть одной и ни с кем не контактировать.
Телефон разорвало множеством уведомлений. Многое меня не касалось, в частности сообщения в мессенджерах были от класса, многие делились опытом прохождения экзаменов бывших выпускников, желали друг другу удачи, писали взволнованные сообщения и делились фотографиями с вечеринок. Я судорожно просматривала фото и надеялась не увидеть себя на них. На некоторых были Итан и Лисса. Видимо они фотографировались пока я брала чертову воду с лимоном. Я уже хотела выйти из общего чата, как совершенно случайно мой взгляд упал на изображение Лиссы со странным парнем. Меня бросило в жар. Это был он. Это был тот бармен. Я в несколько раз увеличила фотографию. Лисса обнимала парня за шею, встав на одну ногу, а вторую согнула. Он обнимал ее за талию и оба улыбались. Сердце жалобно заныло, землю словно выбили из под ног. Кто он вообще такой, знает ли его моя подруга и когда они успели сфотографироваться? Но он стоял в обыкновенной одежде: серая майка-алкашка, такого же цвета спортивные штаны. Ни малейшего намека на бармена.
Я дрожащими руками набираю номер подруги, наплевав на время и этику. Трубку она не взяла. Еще бы. Следующим, кому я попыталась набрать быть Итан. Оставалось несколько гудков до автоответчика.
- Ну давай же...
- Алло, - ответил сонный голос. - Эмбер, что-то случилось? Ты очень рано звонишь.
- Это вы слишком много спите, - ответила я. - Итан, ты не знаешь, с кем вчера тусовалась Лисса и кто с ней на фотографии?
- На какой фотографии, Эмбер. Тусовалась наверное с одноклассниками, там практически никого не было кроме наших. Что за странные вопросы в восемь утра.
- Итан, черт тебя возьми, в общей группе есть фотография где Лисса пьяная обнимается с парнем, который что-то подсыпал мне в стакан.
- Что ты сказала? - я слышала как он вскочил с кровати. - Что сказала Лиссен?
- Я ей не дозвонилась. Давай я скину тебе это фото, вдруг ты его знаешь. Он явно не наш одноклассник, и выглядит старше нас всех.
- Давай я лучше сейчас приду.
- Нет, приходи через час, когда уйдут мои родители. А я пока скину тебе фотку.
Я положила трубку и отправила Итану изображение. Пока он просматривал сообщение и что-то печатал мне в ответ, я разглядывала этого парня. Сережка в виде креста свисала с левого уха, ямочки на щеках ему очень шли, а его кудряшки не делали его слащавым, а придавали какой-то изюминки. Когда я смотрела на него, в горле становилось сухо, а сердце билось от неясности, волнения и злобы. Я ощущала полный спектр эмоций, его слова вклинились в мою голову и я не могла выбросить их из головы. "Закрываешь глаза на все преступления, которые творятся вокруг".