ГЛАВА 1
Москва, проспект Вернадского
29 октября 2074 года
06:14
— Нет! — голос Анастасии прозвучал как щелчок взведённого курка. Один точный выстрел в основание любого возражения.
— Но я же могу помочь, я ведь...
— Какая именно буква в слове «нет» тебе непонятна?! — рявкнула она на младшую сестру снова, и в этом крике сквозил не гнев, но сдавленная паника, словно осевшая на языке стальная пыль.
Этот спор стал их еженедельным ритуалом, который медленно разрушал всё хорошее, что оставалось между ними. Светлана, с её проснувшимся мутировавшим под влиянием кристаллов Сребро геном, доставшимся от деда — легендарного учёного Льва Игатова, — рвалась в бой. В её мире восемнадцатилетие открывало двери не только в бары и подпольные клубы, но и в мясорубку операций СОЗ, которые Настя знала слишком хорошо — и пыталась эти двери наглухо заварить, зная истинную цену билета в один конец.
— Ты хоть понимаешь, насколько это опасно? — её вопрос повис в воздухе, пока она отточенным движением вкладывала в подмышечную кобуру тяжёлый электромагнитный пистолет. Холод металла прижался к рёбрам, став ещё одной частью её брони. — Мало похорон я посетила за эти пять лет, думаешь?
— Но мы другие, мы же... — Света отступила в проём кухни; её плечо прижалось к косяку, поза — вызов, но в глазах — надлом.
— Да «мы» можем быть хоть кем, автоматная очередь разницы не видит! Всё, разговор окончен, — жёсткой, отработанной скороговоркой, как мантру отсечения, произнесла Настя, набрасывая своё чёрное кожаное болеро, где фиолетовые неоновые нити пульсировали в такт её учащённому сердцебиению. Она подошла, положила руки на плечи сестры, пытаясь пробить стену её юношеского максимализма. Неоновая подошва её высоких сапог вспыхивала при каждом шаге. — Ты и так нам помогаешь, — слова стали мягче, но в них проступала стальная жила приказа. — Продолжай закрывать дыры в системе безопасности. Ты же наш лучший технарь.
— Я могу больше... я могу научиться и быть как ты... — попыталась вставить Света, но её мысль была грубо обрублена быстрым, сухим поцелуем в щёку — жестом, призванным заглушить протест.
— Можешь, я знаю. Ты можешь куда больше, — уголки губ Насти дрогнули в подобии улыбки. — Потому ты и не должна быть мной.
Дверь захлопнулась за ней с громким звуком. И тут же, на секунду, приоткрылась снова, образовав щель, в которую пролез последний шёпот:
— Я просто хочу, чтобы ты была в безопасности.
— Да-да-да, а чего я хочу — плевать... — прошипела Светлана, как только дверь снова закрылась.