Глава 21. Лунное прикосновение

Но эксперименты на этом не закончились. Они продолжались, словно поток, набирающий скорость. В одну из ночей мужчина предложил нечто новое - исследовать удовольствие через вибрацию электрической зубной щетки. Ему было интересно, как София отреагирует, сможет ли она довериться ему настолько, чтобы раскрыться. Лёгкое беспокойство царапало его изнутри - а вдруг ей не понравится? А вдруг он перейдет черту? Он не настаивал, давал ей время подумать, мягко подталкивал к эксперименту, убеждая, что он всегда будет рядом и поддержит её в любом случае. Разговор об этой идее витал в воздухе уже несколько дней, и София колебалась, ощущая смесь тревоги и любопытства. В ту ночь она наконец решилась.
В комнате было темно, лишь свет луны в окне освещал помещение. Несколько лучей падали на стены, кровать, и пара лучиков касались её тела, которое уже жаждало этих новых ощущений. Смесь страха и желания, волнения и любопытства - вот что текло в ней в ту ночь. Страх, что кто-то услышит, внезапно войдет, что-то увидит.. Но желание ощутить что-то новое, яркое, необычное оказалось сильнее.
Они все так же были на связи, и на этот раз микрофон был включен. В воздухе витала спокойная и приятная тишина, но лишь до момента.. Её нарушило тихое жужжание щетки. А после послышалось и тяжелое дыхание Софии. С каждым прикосновением к телу дыхание становилось всё глубже, а сдерживать стоны - всё тяжелее. Девушка прикрывала рот одной рукой, чтобы избежать этих интимных звуков, но даже так тихие, мимолетные стоны вырывались изнутри. И, возможно, осознание того, что он тоже слышит это, возбуждало сильнее.
Но не только на Софье это отражалось. Слышать её сдержанные стоны заставляло его сердце биться быстрее, а ладони - вспотеть. А понимание, что он причина этого, вызывало в мужчине волну возбуждения. Не похоть, а скорее гордость и восхищение её смелостью и открытостью.
Его голос, тихий и направляющий, звучал в наушниках. Он подсказывал, как вести щеткой, куда направлять вибрацию, как прикасаться.. К её удивлению, эти ощущения оказались приятными, открывая новые грани её чувственности.
Каждый эксперимент, как предыдущий, так и тот, что ждал впереди, вызывал бурю эмоций. Возможно, она не всегда признавала это сразу, но они затягивали её в водоворот новых ощущений и познания себя. И в этом странном, отдаленном взаимодействии она чувствовала какую-то близость, словно он открывал ей новые двери в её собственное тело. Хотя, наверное, это и была близость.. Но не физическая, а скорее на моральном уровне.
А может быть близость была все таки позже?..