ЧАСТЬ ПЕРВАЯ: ПРИБЫТИЕ
Глава первая. Дорога
Автобус из Питера выехал в шесть утра, и первые два часа Даня проспал — лбом в стекло, скрючившись на узком сиденье, с рюкзаком, зажатым между коленей. Спалось плохо. Автовокзал на Обводном выжал из него последние силы ещё ночью: очередь на досмотр, запах пирожков с капустой из ларька, который работал круглосуточно и, кажется, не менял масло с девяностых, мужик в спортивном костюме, который храпел на двух стульях, загородив проход.
Москва — Питер — «Сапсаном», четыре часа. Ночь в хостеле у Балтийского вокзала — двести рублей за койку и соседа-бородача, который до часу ночи смотрел видео без наушников. Утром — автобус до Таллина, пересадка, а потом Веэресадам. Весь маршрут придумал отец: «Летать в Европу из России сейчас — цирк, три пересадки через Стамбул, двадцать часов и двести тысяч. Езжай через Питер, автобусом. Шенген у тебя есть, границу пройдёшь нормально.»
Отец вообще умел сводить любую проблему к логистике. Развод с мамой он тоже провёл как проект: раздел имущества, график встреч с ребёнком, распределение обязанностей. Эффективно, быстро, без лишних эмоций. Дане тогда было четырнадцать, и он два месяца не мог заснуть, потому что в квартире стало слишком тихо — отцовский кашель по утрам, его телефонные разговоры на кухне, даже его храп из спальни — всё это исчезло, и осталась тишина, в которой Даня слышал только собственные мысли, а мысли были такие, что лучше бы храп.
Он проснулся от толчка. Автобус остановился. За окном — будка, шлагбаум, форма. Граница.
Даня потёр глаза, выпрямился. Шея затекла. За окном — серый асфальт, серый туман, серое небо. Всё было серым, как будто мир забыли раскрасить.
В автобус вошёл пограничник — молодой, коротко стриженный, в форме, которая сидела чуть великовато. Он прошёл по проходу, собрал паспорта. Даня протянул свой — российский, с вложенной визой. Пограничник посмотрел на фото, на Даню, на фото, пролистал страницы, задержался на шенгене.
— Purpose of visit?
— Visiting family, — сказал Даня. Это звучало нормально. Бабушка. Семья. Правда.
Пограничник кивнул и пошёл дальше. Через пятнадцать минут паспорта вернули, шлагбаум поднялся, автобус тронулся. Даня посмотрел в окно. Никакой разницы: тот же лес, тот же асфальт, тот же туман. Но он знал, что это уже другая страна, потому что указатели на обочине стали другими — длинные слова с двойными гласными, которые он не мог прочитать, не то что произнести.
Эстония.