2. Чужие секреты
НИКИТА
Неделю назад
Школьные коридоры слабо освещают несколько светильников, пока я плетусь из спортивного зала. Ещё издалека замечаю приоткрытую дверь кабинета истории. Собираюсь пройти мимо, но голос учителя заставляет остановиться:
— Мы ведь оба не хотим, чтобы дочь Виктора Воронцова провалила экзамен? Да, Дорогая?
— Но... но... Я не хочу этого делать. Пожалуйста, не нужно. — женский голос до чертиков напоминающий одноклассницу донесся до ушей.
Что, черт возьми, там происходит? На цыпочках подхожу ближе. Прислонившись к стене,наклоняюсь к небольшому просвету между дверью и косяком.. Ошарашенный увиденным, я замер. Твою мать. На секунду мне показалось, что время остановилось, а кислород отказался поступать в лёгкие. Учитель возвышался над Алиной, медленно расстегивая пуговицы ее белой блузки. Одноклассница застыла, белее снега. Её затравленный вид заставил сердце сжаться. Черт! Что мне делать? Вылезаю из своего укрытия, оглядываясь по сторонам. Сердце грохочет в груди так громко, что кажется меня моргут услышать ненароком. И нет, я не собираюсь лезть на рожон, я не глупец. Отхожу на несколько метров, достаю наушники, включаю музыку на максимум и как можно громче бегу до кабинета, где я только что стал свидетелем преступления.
— Сергей Николаевич! Вы не видели Воронцову? Ее ищут... — упирая взгляд в экран телефона влетаю в класс.
Когда поднимаю голову, учитель уже сидит за своим столом, а Лина, встревоженная, переминается с ноги на ногу. На лице одноклассницы читается облегчение, смешанное с испугом. Сделав лицо как можно непринужденнее, вытаскиваю наушники из ушей и заставляю себя улыбнуться.
— О, Алиныч, тебя ищет Лариса Николаевна.
Девушка напрягается.
— Тогда идите, конечно! Алина, подойдешь ко мне на следующем уроке! — Поправив очки, учитель улыбнулся. Мне стоило огромных усилий, чтобы не скривиться. Ну, или не стереть его мерзкую физиономию кулаком.
— Что? — одноклассница вздрогнула.
— Тебя ищет Лариса Николаевна, пойдём, — повторяю я.
— А... — как загипнотизированная, Алина разворачивается и направляется в сторону выхода.
— До свидания! — весело бросаю я на прощание.
Стоит нам спуститься на первый этаж, я останавливаюсь и хватаю Воронцову за руку. Что было крайне опрометчиво. Из нее вырывается сдавленный вскрик. Отшатнувшись, голубые глаза испуганно забегали. От её беспомощного вида мне захотелось выбить дурь из себя же. Что ты делаешь, идиот!? Я нервно запускаю руку в волосы, и , отвечаю совсем уж тихим шепотом: