13

Где-то здесь. Точно.

Я помню, как положила коробок от спичек, который Мария всучила мне перед самой смертью, в свою прикроватную тумбочку, но сейчас, перерыв и вытащив все вещи из него, так ничего не нахожу.

Я испуганно вздрагиваю, когда кто-то подходит сзади, сжимает мое плечо. Оборачиваюсь и вижу Мию.

– Ты напугала меня, – говорю я, запихивая вещи обратно.

– О, прости, я не собиралась, – виновато шепчет Мия.

После ее исповеди между нами что-то изменилось. Такое чувство, словно эта девушка открылась передо мной, поведав о своей не самой сладкой жизни. Мне кажется, что я должна с ней сблизиться или, по крайней мере, перестать шарахаться во время ее присутствия.

– Ты что-то ищешь?

– Нет. Просто навожу порядок.

Мия смущенно качает головой, переводя взгляд с меня на кучу вещей.

– У меня свое понимание порядка, – отвечаю я на ее недоверчивый взгляд. – Ты что-то хотела?

Девушка кивает. Я закрываю дверцу тумбочки и сажусь на кровать, жестом приглашая Мию сесть рядом.

– Михаил то есть, Хозяин хо... – робко начинает девушка, ее голос звучит напряженно.

– Михаил, – я перебиваю ее. – Просто называй его по имени, ладно?

Мия согласно кивает, на ее губах играет еле заметная улыбка.

– Он хотел встретиться со мной, поэтому один из его громил отвел меня в его кабинет, – я понимаю, что девушка говорит о Тревисе, поскольку только он самый близкий служащий. – Михаил сказал, чтобы через несколько дней я была готова к работе.

Мия замолкает, а я отворачиваюсь. Еще одна жертва этой жестокой штуки под названием жизнь.

Девушка протягивает руку и сжимает мои пальцы, обращая мое внимание на себя.

– Я хотела попросить тебя о помощи. Не могла бы ты рассказать мне все? – уголки губ взметаются вверх, и я чувствую себя виноватой.

Это не то, о чем я могу поговорить с Мией, не у меня эта девушка должна просить помощи.

Если верить Михаилу, то через несколько дней этой девушке придется столкнуться с чем-то похуже, чем прелюдная порка. Я уже вижу перед глазами пот, выступающий на лбу этой девушки, ее красивые глаза, наполненные слезами, а губы, которые мне сейчас настырно улыбаются, искажаются в ужасе.

Отчаяние и злость подкатывают к горлу, но лишь еле заметно качаю головой.

– Я не думаю, что чем-то смогу тебе помочь, – говорю я, и улыбка исчезает с лица Мии. – Понимаешь, я сама новичок в этом деле. Начала работать в первый день, когда прибыли Безлицые.

Девушка удивленно выпучивает глаза и открывает рот.

– О, боже, – Мия прикрывает ладонью рот. – Это ужасно.