Глава 1. "Дождь, который приносит новое имя"
14 сентября. Утро.
Небо над Мунджу было тяжёлым, серым, будто город сам не проснулся.
Мелкий дождь стучал в окна участка — ровно, спокойно, почти убаюкивающе,
но внутри кабинета Чхве Донг-сика воздух был острый и напряжённый.
Все уже собрались.
Минхо — молча, руки в карманах, взгляд стеклянный.
Сэ-Рим — опершись на стол, перебирая черные перчатки.
Ёнсу — громкий, раздражённый, бормочет что-то вроде:
«Ну почему эти убийцы всегда в дождь? Я ж простыну!»
Пак Унхо и О Сонъи — два новых лица, стоящих чуть сбоку, как ученики в чужой школе.
Начальник глубоко вздохнул и начал:
— По поводу убийства от 13 сентября…
Жертва — женщина около тридцати пяти. Удушение, ножевые, исчезли верхние и нижние фаланги пальцев ног…
Все смотрели на фотографии на экране.
Минхо — чуть дольше остальных.
На его лице ничего не было,
но Сэ-Рим заметила, как он едва заметно замер.
— В отдел переведены три новых сотрудника, — продолжил Чхве Донг-сик. — Пак Унхо, О Сонъи…
Он перевёл взгляд на дверь.
— И третий. Но он, видимо, решил…
ХЛОП.
Дверь распахнулась так резко, что даже Ёнсу вздрогнул.
И на пороге появился он.
Хан Джисон.
Розовый мягкий свитер, который выглядел так, будто пахнет сахарной ватой и ванилью.
В руках — коробка пончиков, аккуратно удерживаемая обеими ладонями.
Волосы… мягкие, слегка влажные от дождя.
Глаза — огромные, тёмные, блестящие.
Он стоял в дверях, как солнечный луч, случайно забредший в морг.
— А-Ааа… здравствуйте!! — голос звонкий, чуть выше среднего.
Он поклонился на 90 градусов, едва не уронив пончики. — Простите за опоздание! Я… эээ… заблудился.
И… купил пончики, чтобы извиниться.
Сонъи тихо фыркнула.
Унхо удивлённо моргнул.
Ёнсу вслух выдохнул:
— Боже… сахарный комочек пришёл работать в отдел тяжких. Мы все умрём.
Чхве Донг-сик потер переносицу.
— Это… Хан Джисон. Наш последний новичок. Постарайся… ну хотя бы попытаться…
— Постараюсь!! — снова низкий поклон. Его волосы почти скрыли лицо.
Только один человек не двигался вообще.
Минхо.
Он смотрел на Джисона так внимательно, будто пытался понять, какого чёрта делает такой мягкий, розовый, сладкий мальчик…
в мире, полном крови, ножей и тишины.
Джисон поднял голову.
И их взгляды встретились.
Джисон улыбнулся — тепло, как будто солнце вошло в комнату.
Минхо, не моргнув, отвернулся.
Но Сэ-Рим заметила: его пальцы в карманах едва заметно дрогнули.
— Я… эээ… я очень рад быть с вами! — сказал Джисон, сияя. — Я надеюсь, мы станем хорошей командой!
Ёнсу подошёл, хлопнул его по плечу так, что тот чуть не подпрыгнул.
— Добро пожаловать, пончик.
Только предупреждаю: если ты ещё раз так резко откроешь дверь, я сам тебя убью.
— А-А?…
— Шутка, — сказал Ёнсу. Но это была не шутка.
Сэ-Рим хмыкнула.
О Сонъи закатила глаза.
Унхо смущённо переступил.
А Джисон просто стоял посреди комнаты — маленький, мягкий, сладкий —
и понятия не имел, что только что вошёл в отдел,
где каждый носит боль глубже, чем он может представить.
И что один из этих людей —
ледяной блондин Минхо —
уже почувствовал, как от этого новенького пахнет не только ванилью…
но и опасностью для его сердца.