Глава 17 из 41

17 глава.

Проснувшись следующим утром, Гермиона все еще ощущала бурлящую от негодования кровь. Она перенесла завтрак с Нарциссой, предпочтя провести это утро в одиночестве, и принялась за изучение очередной книги. Каждый раз, когда она позволяла себе отвлечься, в голове всплывали образы Драко с двойником Гермионы Грейнджер на коленях, которая двигалась, как Пэнси Паркинсон, и целовалась, как Пэнси Паркинсон. Эти мысли не давали ей покоя на протяжении всего дня, и под вечер она была слишком уставшей и вымотанной, чтобы думать о чем-либо. В воскресенье Гермиона проснулась довольно рано и приняла решение поговорить с Драко перед завтраком. Составив очередной список вопросов, — ни один из которых не имел отношения к их с Пэнси «убедительному представлению» — она, наконец, покинула спальню и постучала в его дверь. Она ждала более чем достаточно, прежде чем постучать снова. Ничего не произошло. Как, собственно, и ожидалось. Совсем отчаявшись, Гермиона нахмурилась. После пятнадцати минут хождения у его двери, она направилась вниз, чтобы встретиться за завтраком с Нарциссой. Однако Нарциссы там не оказалось. За небольшим обеденным столом, накрытым на две персоны, никого не было. Гермиона на мгновение испугалась, вспомнив, как все Малфои исчезли, оставив ее в одиночестве на несколько недель. — Миппи! Рядом раздался хлопок. — Мисс! — Доброе утро, Миппи, — произнесла Гермиона с улыбкой, несмотря на давящее ощущение в груди. — Где я могу найти Нарциссу? — Миссис в своем кабинете! Возможно, Нарцисса забыла? — Спасибо, я навещу ее там, — и она поспешила прочь из столовой. Гермиона направлялась по коридору к кабинету Нарциссы. Она должна убедиться. Ей необходимо было знать, что они не оставили ее снова. Люциус отсутствует уже на протяжении нескольких недель. О Драко также ничего неслышно. Если уйдет еще и Нарцисса… Она свернула за угол и замерла, услышав голос, доносившийся из-за приоткрытой двери. Сердцебиение ускорилось до невозможности, когда она узнала голос Нарциссы. Она замерла, прислушиваясь, несмотря на то, что шпионить за миссис Малфой казалось чем-то за гранью… Гермиона сделала осторожный шаг назад, готовясь ретироваться, но… — … нашсын. И сейчас он… в опасности… Он запутался… Голос Нарциссы оборвался, когда Гермиона сделала очередной шаг назад. Однако она все же позволила себе прислушаться. Сердце било набатом в груди. Они говорят о Драко. Еще несколько ударов сердца, и она потеряет самообладание. Гермиона подошла на цыпочках обратно к двери, полностью обратившись в слух. Люциус вернулся домой?Она не подслушивает, нет, но все же чувствует себя виноватой. Она просто не торопится стучать. — … только мешает, — она услышала шипение Нарциссы. — Даже Темный Лорд должен понимать это. Напомни ему, пожалуйста, для чегов первую очередь проводятся эти вечеринки… Не только для того, чтобы перепихнуться с кем-то… Гермиона вздрогнула, услышав подобное выражение, сорвавшееся с языка Нарциссы Малфой. Она вытянула шею, чтобы заглянуть внутрь, и обнаружила, что Нарцисса сидит у противоположной стены комнаты и смотрит в пол. Камин... Низкий баритон раздается также с той стороны, однако лица Люциуса она не могла увидеть. Вздохнув, Грейнджер тихо постучала в дверь, молясь, чтобы Нарцисса не услышала. — Следить за речью? И не подумаю! Твои друзьясовсем вышли из-под контроля за время отсутствия Темного Лорда. Сделай с этим хоть что-нибудь, пока они не угробили нашего сына. Она говорила об Эдинбурге. Там произошло что-то, от чего Драко мог пострадать? Прежде чем она успела обдумать… — Мне надо идти. Мисс Грейнджер стоит у двери, я уже и так опоздала на завтрак с ней. Передам ей привет. Гермиона затаила дыхание, когда послышались шаги Нарциссы, приближающейся к двери.
— Доброе утро, — сказала она, слегка покраснев. — Прошу прощения за то, что заставила вас ждать. — Это я должна извиниться, — бросилась оправдываться Гермиона, покрываясь пятнами от стыда. — Я искала вас, а потом… услышала голоса. Я не хотела вас прерывать и стояла здесь, но… совсем недолго… — Ничего, дорогая, — мягко произнесла миссис Малфой, гнева в ее голосе от предыдущего разговора совсем не осталось. — К сожалению, я не смогу позавтракать с вами. У меня есть несколько неотложных дел. Гермиона кивнула и тихо спросила: — Драко ушел? Нарцисса сделала глубокий вдох. — Он в Италии. Разбирается с одним неожиданным инцидентом. Боюсь, я не могу рассказать подробнее, — она достала письмо из кармана мантии и протянула его Гермионе. — Он попросил передать это тебе. Гриффиндорка уставилась на аккуратно сложенный пергамент. — Мне? — Да. Ему пришлось уйти довольно неожиданно и быстро, и он хотел тебя успокоить. Гермиона моргнула, уставившись на миссис Малфой. — Он так сказал? — Технически он сказал: «Эта чертова ведьма и в аду достанет меня». Но я уверена, смысл был таким. Пальцы нервно сжали письмо, и, подняв голову, Гермиона заметила ухмылку Нарциссы. Покрывшись румянцем, она опустила голову. Миссис Малфой оставила Гермиону завтракать в одиночестве. Она спокойно налила в чашку кофе, добавила сахар и молоко, однако уже через мгновение любопытство победило, и Гермиона сломала восковую печать. Грейнджер!У меня есть важное дело в Италии. Позволь мне ответить на все твои вопросы.Нет, я не знаю, как долго это продлится.Нет, я не могу сказать, что именно случилось. Пока не могу.Да, если я вернусь домой к пятнице, мы отправимся в Эдинбург.Да, я позавтракал. Очень мило, что ты волнуешься.Д. М.Она посмотрела на письмо, подняв бровь, словно это был сам Драко. Италия. Что ей известно о нынешней обстановке в Италии? «Пророк» редко писал о политическом климате какой-либо другой страны. Гермиона была уверена, что это изменится, как только Волдеморт заручится поддержкой на мировой арене. Позавтракав, она отправилась на кухню, где попросила у Ремми свежий выпуск «Ежедневного пророка». Она моргнула, уставившись на заголовок, и, слегка вздрогнув, ушла, даже не удосужившись поблагодарить Ремми. МИНИСТР ИТАЛИИ УМЕР ОТ СЕРДЕЧНОГО ПРИСТУПААнтонио Бравьери, Министр магии Италии, субботним вечером был найден мертвым в своем кабинете. Вероятнее всего, причиной смерти послужил сердечный приступ.Ранее, в субботу днем, Министр нанес визит в замок Темного Лорда, чтобы заручиться его поддержкой и поддержкой Великого Ордена. К сожалению, это был его последний официальный выход в свет в качестве лидера итальянского магического сообщества.Константин Романо, глава департамента транспорта, пообещал закончить начатое дело Бравьери и вскоре был назначен новым Министром. Посланники Темного Лорда помогают ему освоиться на новой должности для того, чтобы наладить отношения между двумя странами.Рита СкитерВ каждом слове читалась откровенная ложь. Министр был найден мертвым на следующий день после того, как посетил Волдеморта? Странное совпадение. И в свой официальный последний выход в свет поклялся в верности Волдеморту? Гермиона закатила глаза, качая головой. Его явно убили, и теперь Драко участвует в миссии по замене его на новую волдемортову марионетку, вроде Пия Толстоватого. Грейнджер прислонилась спиной к стене коридора неподалеку от кухни и прислушалась к издаваемому эльфами шуму. Если она не ошибается в своих суждениях, Волдеморт только что совершил крупный политический переворот. Но зачем отправлять туда Драко? Достаточно ли высокое положение он занимает среди Пожирателей Смерти, чтобы заменить отца в его отсутствие? Гермиона вздрогнула, ощутив неконтролируемый прилив страха. Остаток дня она провела, изучая политику итальянского министерства и семьи Бравьери, разыскивая подсказки того, почему же Антонио осмелился, судя по всему, бросить вызов Темному Лорду и заплатил за это своей жизнью.
***
К утру пятницы, когда Драко все еще не вернулся, Гермиона успела смириться с тем фактом, что этой ночью они не поедут в Эдинбург. Нарцисса провела неделю в растерянности, приглашая ее на чай только для того, чтобы задремать в кресле, но уже спустя мгновение резко проснуться, извиняясь. Гермиона полагала, что Италия переживает свои худшие времена, но «Пророк» больше к этой теме не возвращался. После двух дней, наполненных тревогой, без новостей об Италии и Драко, Грейнджер вернулась к своим исследованиям, приняв решение отвлечься. Однако это мало помогало. Закончив третий том «Тайн магической Азии», она нашла лишь несколько отсылок к магическому рабству. Гермиона все еще была далека от разгадки замысла волшебной татуировки, ровно как и месяц назад. Направляясь в столовую на завтрак, она услышала голоса в прихожей, отчего застыла наверху лестницы, внимательно вслушиваясь в чье-то бормота ние. Перегнувшись через перила, Гермиона увидела светлую макушку головы Драко и еще пару человек. Забини и темноволосая девушка. Задыхаясь, она двинулась вперед, обратив внимание на лицо девушки, чьи пальцы сжимали полированное дерево перил лестницы. Это была девушка с оливковой кожей из Эдинбурга. Та, что плакала всю ночь, та, что выглядела слишком юной для всего этого. Она была бледной и испуганной, ее большие глаза смотрели на Забини. Она казалась еще более худой, чем в прошлый раз, когда Гермиона видела ее на вечеринке. Забини и Драко что-то тихо обсуждали, когда Блейз схватил летучий порох, кивнув. Гермиона наблюдала, как Забини поворачивается к темноволосой девушке, напевая при этом что-то на итальянском. Они подошли к камину, и Блейз подхватил ее под локоть, когда она споткнулась на своих каблуках. — Спасибо, — прохрипела девушка. Блейз взял ее за руку, и Гермиона мельком успела заметить золотые и черные буквы на ее запястье. Спустя мгновение они исчезли в зеленом пламени. Драко еще некоторое время смотрел на пустой камин, а затем пересек комнату и начал подниматься по лестнице. Он двигался довольно медленно, будучи заметно истощенным и похудевшим. С темными мешками под глазами. Он выглядел не так ужасно, как месяц назад, однако явно не спал и не ел некоторое время. Приблизившись к Гермионе, он, наконец, поднял голову и остановился. — Грейнджер, — Драко выпрямился и убрал руку с перил. Она моргнула, сердце отчаянно билось в груди и жаждало ответов. — Кто это был? — наконец спросила она, кивнув головой в сторону пустого камина внизу. У Драко пересохло горло, когда он встретился с ней глазами. — Джулиана Бравьери. Теперь она будет с Блейзом. — Бравьери, — повторила гриффиндорка. — Она… Министр… — Племянница. Прости, но я сейчас не в настроении для допроса. Он продолжил подниматься по лестнице, пройдя мимо нее. — Ты спас ее? — внезапно спросила она. Сердце трепетало в груди, а легкие сжались в ожидании ответа. Драко рассмеялся… сухо и хрипло. — Вряд ли это можно назвать именно так. Странная надежда зародилась в груди. Гермиона повернулась к нему, затаив дыхание, чтобы спросить… — Да, Грейнджер, — серьезно произнес он, — сегодня вечером мы поедем в Эдинбург, — а затем, выдохнув, добавил: — Чертова женщина… Она смотрела, как он подходит к своей двери, нахмурив брови. «Завтракал ли ты сегодня?» — собиралась спросить Гермиона.
***
В восемь вечера она во второй раз со времен прибытия в поместье Малфоев обратила свое внимание на туалетный столик. Гермиона порылась в ящиках лишь однажды, когда, приехав сюда, искала оружие. Она выдвинула верхний ящик, обнаружив там косметику и кисти. Ей мало что было известно о нанесении пудры и крема на лицо, но она немного помнила с четвертого курса. Вспомнив Лаванду Браун, она разложила баночки и тюбики на столе перед собой. Все, что надо для макияжа глаз, справа, для губ — слева, румяна и пудра — по центру. После полдюжины неудачных попыток она, наконец, увидела в зеркале подобие того, что Пэнси Паркинсон сумела сделать с ее лицом. Темные тени, длинные ресницы, розовая помада. Обыскав внимательно каждый ящик, Гермиона так и не сумела найти лак для ногтей, вспомнив красный маникюр Пэнси. Она не была уверена, что сможет повторить действия Пэнси на вечеринке, но можно ведь попытаться… Что касается волос… Гермионе пришлось оставить их в покое. У нее не было ничего для того, чтобы сделать прическу поэлегантнее, — ни палочки, ни плойки для завивки, да и электричества в поместье Малфоев. Без четверти десять в дверь постучала Миппи и протянула девушке колье, платье и туфли. Эльфийка, сжав тонкие ручки, уставилась в пол, явно догадываясь об их планах на этот вечер. Возможно, она даже слышала слова Нарциссы на этот счет. Гермиона, сжалившись над Миппи, быстро ее отпустила, попросив передать Драко, что спустится через пару минут. Платье из черного кружева с довольно глубоким декольте. Оно плотно прилегало к телу, не оставляя места для фантазии. Возможно, посетителям Эдинбургского замка это и не нужно. Возможно, они уже успели рассмотреть ее тело. Гермиона, сжав плотно губы, отогнала эти мысли на задворки сознания. Порывшись в ящике с нижним бельем, она нашла наиболее соблазнительные трусики. Платье мягко скользнуло по коже, а холодный металл колье обжег шею, как и в прошлый раз. Она суетилась с застежкой, поглядывая на часы. Казалось, колье сжимается на ее шее, однако Гермиона легко просунула палец между золотом и кожей. Обувая туфли, она в последний раз взглянула на себя в зеркало, после чего быстро зашагала по коридору к лестнице. Портреты, как и всегда, не сдерживали эмоций при ее виде. Спустившись вниз и увидев Драко, наблюдающего за ней, Гермиона едва не споткнулась. Его глаза скользили вниз по ее лицу к платью и голым ногам, а потом уставились на мраморный пол. Он выглядел довольно отдохнувшим, и, несмотря на минутную слабость, держал свою маску безэмоциональности. Гермиона преодолела последние ступеньки, однако он не шевелился, и она осмелилась спросить: — Каждый раз одно и то же? Через главные ворота? После удара часов он кивнул, глядя в пол, словно вышел из транса. — Что мне нужно знать о прошлой вечеринке? — спросила она. — До комнаты отдыха все было так же. Большой зал, шампанское, ужин. Яркая картинка вновь возникла перед глазами: красные губы на его губах, алые ногти в его волосах, пальцы Драко проникают под ее трусики… — И что было в комнате отдыха? — спросила она как можно более равнодушно. — Что мне нужно знать? — Тебя не попросят делать что-нибудь такое… Больше не попросят, — впервые Драко посмотрел на неё с тех пор, как она спустилась и остановилась перед ним. Его глаза сверкнули. Гермионе показалось, что она сумела разглядеть в них тень вины, прежде чем маска вновь заняла свое законное место. — Сегодня все пройдет спокойно. — Почему ты так думаешь? — На прошлой неделе произошел некий инцидент. Брови гриффиндорки поднялись, когда он развернулся на каблуках и направился к двери, словно поставив на этом точку в разговоре. Она поспешила за ним, едва поспевая на каблуках. — Инцидент? Это как-то связано с тем, что произошло в Италии? Драко толкнул дверь поместья, и когда он спускался по лестнице, Гермиона могла поклясться, что услышала его бормотание: «Ярчайшая ведьма нашего времени.» — Да, — произнес он. — Темный Лорд запретил использование зелья Флинта в Эдинбурге. На прошлой неделе им злоупотребили на племяннице итальянского министра. Гермиона спустилась по ступеням поместья, следуя за ним по каменной тропе, пока ее разум соображал со скоростью света. — Антонио Бравьери не поддерживал Темного Лорда, не так ли? — спросила она, быстро шагая по дорожке. — Поэтому Джулиану схватили и передали Пожирателям. Чтобы заставить его передумать, — Драко молчал, но она и не нуждалась в его подтверждении. — Бравьери узнал, что произошло с Джулианой на вечеринке, и, будучи в ярости, отправился к Темному Лорду, за что и был убит. Они были в нескольких шагах от ворот. Драко не сбавлял темп, пока Гермиона не потянулась и не схватила его за руку. Он лениво взглянул на нее. — Почему ты вынужден был отправиться в Италию? Тебя… повысили? Драко хмыкнул. — Будучи сыном Люциуса Малфоя, я не нуждаюсь в повышении. Я вызвался на это дело сам. Гермиона открыла от удивления рот. — Ты… — Ради Блейза, — быстро произнес Малфой. — Его мама близко дружила с семьей Бравьери, что уже ни для кого не секрет. В его интересах было помочь ему добровольно перейти на сторону Лорда, — он уставился на поместье позади гриффиндорки. — Кажется, наши действия не вызвали никаких подозрений. Темный Лорд подарил, в конце концов, ему Джулиану в знак благодарности за его службу. Гермиона сжала губы. — Значит, теперь она тоже вынуждена притворяться. Только для нее все было реально. Я видела ее там. Эта девочка… Она еще совсем ребенок. Она не настолько сильна, чтобы вести себя, как игрушка Забини… — Джулиана не скоро вернется туда, — перебил он Гермиону. — Она не… Она не в состоянии для этого. Блейз очень извинялся перед ней. Летний ветер обдувал их, и Гермиона ощутила дрожь в позвоночнике. — Что с ней случилось? Драко сжал губы. Но не ответил. — Малфой? — Ты действительно хочешь испортить вечер еще до того, как он начнется, Грейнджер? — Да. Малфой сделал глубокий вдох и потер рукой лоб. — Джагсон подумал, что было бы забавно добавить в ее зелье волосы нескольких парней. Очевидно, он прошелся по комнате и случайно отщипнул их у присутствующих. Половина мужчин даже не осознавала, пока… все не началось. Гермиона моргнула. — О-о, — желчь подступила к горлу, когда воображение подкинуло отвратительные, порочные образы толпы людей… — Сколько ей лет? — прохрипела она. Драко замер. — Четырнадцать, — его ответ не удивил Гермиону, но живот гриффиндорки сжался от услышанного. — Именно поэтому зелье Флинта запретили использовать… — Твои волосы тоже были там? — спросила она надломленным голосом. Драко резко повернулся к ней. Отвращение, отразившееся на его лице, вызвало большее облегчение в душе Гермионы, чем его следующие слова. — Нет. Мы еще ужинали, когда все началось. Она кивнула, и Драко снова отвернулся. — Темный Лорд был недоволен? — продолжила допрос она, однако дышать теперь было легче. — Всех, причастных к этому, наказали. Он напомнил своим последователям об истинных целях этих вечеринок. Это не место для развлечений. Это место для службы ему и его амбициям. Формулировка показалась Гермионе слишком знакомой… Слова Нарциссы. Ухмылка коснулась губ девушки. Казалось, Нарцисса Малфой в состоянии дергать за веревочки не только своего мужа, но и самого Темного Лорда. Драко протянул руку, и Гермиона протянула свою в ответ. Его теплая ладонь коснулась кожи над татуировкой гриффиндорки, когда они пересекли ворота. Достигнув вершины холма, откуда они смогут аппарировать, она ощутила необъяснимое облегчение. — Твоя мама беспокоилась, пока ты был в Италии. Там было опасно? Драко огляделся вокруг, словно в поиске врагов, и ответил: — Итальянское магическое сообщество точно знает, что случилось с Бравьери, несмотря на попытку Скитер вывернуть все по-своему. Однако это не было похоже на прогулку по парку. Он взял Гермиону за локоть, и спустя секунду они уже стояли у ворот Эдинбургского замка. Направляясь ко входу, она сосредоточилась на мягком ветерке, охлаждающем эмоции, на звуке своих шагов, чтобы убедиться, что все это действительно происходит с ней снова. Оборотни, целующиеся охранники, свистящая толпа Пожирателей во дворе. Она игнорировала их, едва обращая внимание на насмешки по поводу ее голых ног, и попыталась сконцентрироваться на озере со спокойной водой. Драко на вид был довольно расслабленным. Во время же их первого посещения Эдинбурга он был заметно взволнованным. Сегодня он остановился у толпы Пожирателей, что-то крикнул кому-то в ответ, и даже поболтал с кем-то наверху лестницы. Однако как только они остались одни, Гермиона вновь заметила его безэмоциональное лицо. Он провел ее через главный вход замка, и у Гермионы перехватило дыхание, когда она снова увидела Шарлотту, повернувшуюся к ним с подносом шампанского в руках. — Мистер Малфой, — произнесла она с кокетливой улыбкой. — Добрый вечер. И мисс Грейнджер. Она встретилась взглядом с Шарлоттой, прежде чем та предложила ей бокал. На этот раз Грейнджер первая потянулась к подносу, надеясь этим привлечь внимание девушки Кэрроу, но она уже, потянувшись к занавеске, открыла им вход в зал. Музыка и болтовня мгновенно вызвали воспоминания двухнедельной давности. Гермиона на мгновение замерла от ужаса, прежде чем ощутила руку Драко на своей спине, теплую и успокаивающую. Он остановился, чтобы с кем-то переговорить за бокалом шампанского. Гермиона пыталась идентифицировать гостей и вслушиваться в разговоры. Две недели назад ее больше интересовали девушки. В этот же раз гриффиндорку больше волновали шутки и приглушенный шепот Пожирателей. Драко поприветствовал Рабастана Лестрейнджа легким прикосновением к его плечу и перекинулся с ним несколькими вежливыми словами, в то время как глаза Лестрейнджа жадно наблюдали за талией и бедрами Гермионы. Малфой переключился на Мальсибера, на чьем локте висела Чжоу. Грейнджер пыталась незаметно за ней наблюдать, но безуспешно. Они с Драко поприветствовали Джагсона, и она заметила, что он лишился руки. — Драко, — крикнул кто-то позади них, и Гермиона ощутила тошнотворный страх, распространяющийся по венам. Обернувшись, она увидела Нотта-старшего, приближающегося кним в компании Тео. — Не ожидал, что ты вернешься так скоро. — Сэр, — Драко пожал руку Нотту и небрежно кивнул Тео. — Нам удалось быстро разрешить ситуацию. Яксли пробудет там еще неделю, и Долохов присоединился к нему, когда я уходил. — Отлично, — произнес Нотт-старший. И хотя Гермиона смотрела в пол, она чувствовала его взгляд на своем теле. — Привет, голубка, — его трость коснулась подбородка девушки, вынуждая ту откинуть назад голову. Она почувствовала, как Драко крепче сжал ладонь на ее талии. — К сожалению, я пропустил ваше маленькое представление на прошлой неделе, но, возможно, вы порадуете нас сегодня повторным шоу. Кровь замерла в жилах, в ушах раздался звон. Тео тихо фыркнул, когда рука Драко сжала ее кожу еще сильнее. — Это вряд ли, отец. Уверен, Драко еще нескоро продемонстрирует нам ее таланты. Быть может, через год или два. — В самом деле? Как жаль, — он поцокал языком. — Знаешь, Драко, запретный плод еще более сладок. Гермиона не сводила глаз с Нотта, затаив дыхание. Его трость скользнула по ее шее, по ключице и остановилась между ее грудей. — Какое красивое платье, — проворчал он. И даже в присутствии Драко, стоящего рядом, с рукой, сжимающей ее талию, Нотт-старший приблизился, скользнув пальцами по ее бедру. Гермиона ощутила, как в одно мгновение напряглись все ее мышцы. — Так и просит, чтобы его сняли. — К сожалению, Тед, — голос Драко звучал слишком мягко. — Я буду тем единственным, кто его снимет. Пальцы Драко крепко сжали талию девушки. Она затаила дыхание, и он, извинившись, направился дальше вместе с ней и Тео. Ее таланты. Она представила, как та, другая Гермиона, чувственно двигается на коленях Драко, расстегивает его ремень, молнию на брюках, пока его рука скользит по ее платью… Она глубоко вздохнула, сосредоточившись и игнорируя бурлящие в груди гнев и отвращение. Вместо этого Гермиона начала искать глазами Чжоу… — Отец прав, знаешь ли, — произнес Тео, когда они втроем пересекли коридор. — Ты только усугубляешь ситуацию. Я слышал, что мужчины в другой комнате говорили о ней… — А где сегодня твоя шлюха, Тео? — Драко вел их вверх по извилистой лестнице, не оглядываясь назад. — Вероятно, он ждет тебя, стоя на коленях, в мужском туалете? Глаза Гермионы расширились, и она услышала, как Тео отстал от них. Он начал бормотать что-то невнятное в ответ, когда Драко достиг последней ступеньки, хватая ее за локоть, игнорируя сокурсника. Харпер снова стоял у двери, а рядом с ним — рыжеватая блондинка. Харпер выпрямился, а девушка скромно моргала ресницами, когда они подошли. Протесты Тео умолкли, когда блондинка подошла к нему и поцеловала в щеку. Он в одно мгновение покрылся красными пятнами, сжав челюсти, и обнял ее за талию. Харпер сделал свои обычные манипуляции с кольцами и колье, и они вошли в змеиное логово. Громкий смех и крики мгновенно достигли ушей гриффиндорки, и когда дверь распахнулась, все поприветствовали Драко и Тео. Монтегю пропел: «Мой итальянский брат!» — и парни пожали друг другу руки с насмешливыми «Бонжорно» и «Здорово, белло». Драко быстро прекратил этот балаган и направился к столу. Оглянувшись назад, он заметил кислое выражение лица Тео, а Гермиона поймала взгляд девушки на руке Тео, которая подмигнула ей. Моргнув, Грейнджер еще раз на нее обернулась. Драко вел ее к столу, и вскоре ей пришлось занять свое место позади кресла Малфоя. Неподалеку от Гойла снова стояла Сьюзен, Мортенсен — рядом с Пьюси, а Пенелопа — с Флинтом. В комнате присутствовали несколько новых девушек Кэрроу. И когда рыжеватая блондинка стала позади свободного кресла, Тео сел, а Гермиона обратила свое внимание на кресло слева от Драко, которое до сих пор пустовало. Блейза не было. Она мысленно была ему за это благодарна, так как это означало, что Джулиана в безопасности. Как только парни уселись, девушки вышли вперед с бутылками вина. Гермиона последовала их примеру, потянувшись через плечо Драко к его бокалу. Они повторили свой тост: «За Темного Лорда. Пусть он правит вечно.» Парни быстро осушили бокалы. В этот раз на столе было меньше еды, чем две недели назад. Никаких жареных поросят и вычурных гарниров. Когда разговор за столом возобновился, рыжеватая блондинка и две другие девушки начали ходить с подносами, подавая легкие закуски и сыр. Вскоре первая девушка присела на мужские колени, хихикая в серебряном колье, накинувшись на Терренса Хиггса. Гойл, который, казалось, ждал этого целый вечер, поманил к себе Сьюзен, мгновенно обхватив ее за талию и впившись в шею, отчего она поморщилась. Гермиона слушала разговоры и внимательно следила за парнями, поэтому совершенно точно уловила момент, когда Флинт достал из кармана маленькую коробочку. — Ну что, джентльмены? — попытался он перекричать шум. — Готовы потерять сегодня несколько галлеонов? Парни смеялись, шутили и подначивали друг друга. Длинные пальцы Флинта открыли коробочку и достали колоду карт и три кубика. Он сразу начал перетасовывать колоду, пока остальные принялись рыться в карманах, жадно потирая ладони. Гермиона видела однажды, как Уизли играли в эту игру в Норе (обычно ставили кнаты). Все это напоминало ей маггловский покер. Рон на шестом курсе как-то пытался научить ее, но уже через двадцать минут сдался под натиском ее вопросов. При воспоминании о друге в груди закололо. Она спрятала Рона в воображаемом книжном шкафу рядом с Джинни еще несколько недель назад. Пьюси принялся делить фишки, и карты заскользили по столу волшебным образом. Гермиона подняла голову и заметила, что уже больше половины девушек были заняты своими парнями. Некоторые сидели у них на коленях, приникнув к их груди. Остальные же наполняли бокалы и предлагали закуски. Только Гермиона стояла без дела. Она все-таки сделала шаг вперед, когда Драко взял со стола свои карты. Схватив бутылку вина, она снова пополнила его почти полный бокал, только ради того, чтобы выглядеть чем-то занятой. Когда он перетасовывал свои карты, она провела пальцами по его шее. — Хорошая рука? — пробормотала она, стараясь подражать мурлыканью Пэнси. Его челюсть на долю секунды сжалась. — Отличная, — ответил он, встретившись уверенным взглядом с Флинтом. Маркус ухмыльнулся, а затем посмотрел на гриффиндорку. — Не болят сегодня ножки, Грейнджер?

Если тебе нужно сесть, знай, что мои колени всегда свободны для тебя. Прежде чем она успела придумать ответ, Драко схватил ее бедра, потянув вниз, даже не отрывая взгляда от карт. Парни рассмеялись. Она приземлилась на его колени, прижавшись правой грудью к нему. Платье было уж слишком коротким и узким, поэтому пришлось его поправить, после чего скрестить ноги и обнять за плечо Драко. Однако он не оказал ни малейшего содействия. Пьюси начал с того, что бросил игральные кости, улыбнувшись результату. Гермиона даже не пыталась вызвать в голове воспоминания об этой игре. После того, как первая партия была разыграна, Флинт решился на пари. — Давайте придумаем что-то поинтереснее в этот раз, джентльмены, — он кивнул Монтегю. — Ты первый. — Я знаю имена двух дезертиров в Министерстве. Флинт закатил глаза. — Как скучно, Грэх. — Чем богаты, — проворчал Монтегю. — Придумай что-то получше. Я не рискну тем, что знаю, ради того, что мне может рассказать моя бабушка. Он посмотрел на Пьюси, который тут же прочистил горло. — У меня есть новости о Франции. — Принимается, — воскликнул Флинт. — Я готов рассказать о местоположении Джонсон. Рот Гермионы мгновенно пересох, она сопротивлялась желанию податься вперед. Они готовы поделиться секретами о войне. О внешнем мире. Она огляделась вокруг стола и заметила, что рыжеватая блондинка переглянулась с девушкой Кэрроу и быстро отвела взгляд в сторону, потянувшись к кусочку сыра с тарелки Тео. — Интригующе, Флинт. Кто твой источник? — Ну, тебе придется побить мою руку, чтобы узнать, не так ли, Касс? — Гойл? — спросил Монтегю. — Ты в игре? Что-нибудь интересное о твоем отце? Однако Гойл прижимался к шее Сьюзен, довольствуясь. — У меня есть новости об одном перекупщике. Сегодня его видели за пределами Эдинбурга, — сказал Деррик. — Старый цыган? Что он продает на этот раз? — Побей мою руку и узнаешь. — Драко? — кивнул Флинт. — Участвуешь? Гермиона буквально почувствовала, что каждый присутствующий обратил свой взгляд на них. Она посмотрела на карты Драко, не в силах сказать, достаточно ли у него шансов выиграть. Он достал карту из середины и переложил ее в конец. — Я в игре, — он наклонил голову, и Гермиона почувствовала, как его волосы защекотали ее шею. — Кому-нибудь интересно узнать, кто проскочил через границу в Дувре в прошлом месяце? Обстановка за столом мгновенно накалилась. Флинт поднял бровь; Пьюси подался вперед; Уоррингтон со звоном поставил свой бокал; Тео напрягся. — Это секретно, — прошипел он. — Ты не имеешьправа выдавать такую информацию. — Я и не выдам, — протянул Драко. — Я планирую выиграть эту партию, — он неторопливо отпил из своего бокала. — Как насчет тебя, Тео? Поделишься чем-то ценным? Тео выпрямился в своем кресле, оттолкнув рыжеватую блондинку, повисшую на его плече. — Я могу рассказать, какой крупный правительственный чиновник планирует посетить в следующем месяце Эдинбург, — прорычал он. — Сирилло говорила, что вернется… — Нет, — отрезал Тео, усмехнувшись. — Не Сирилло. Комната погрузилась в тишину. — Ну, я заинтригован, — с улыбкой произнес Флинт. — Продолжим игру, парни? Флинт прошептал что-то на ухо Пенелопе, и с некоторой неохотой она наклонилась вперед, дунув на кости, прежде чем Маркус бросил их. Гермиона наблюдала, как карты мечутся по столу, кости бьются друг о друга, а парни смеются и пьют. Она все еще не могла понять правил игры, к тому же гораздо больше была заинтересована их разговорами. Один за другим парни выбывали из игры, раскрывая свои секреты, а потом выкладывая на стол золото. Опустошив несколько бутылок вина, только Драко, Флинт и Тео остались при своих тайнах. Она узнала, что Наземникус Флетчер был замечен у ворот Эдинбурга, где пытался продать маховик времени. У него отобрали все имущество, подвергли пыткам и, в конце концов, отпустили. Что касается новости Пьюси о Франции: Темный Лорд потерял нескольких новобранцев во время битвы под Нормандией. Это натолкнуло Гермиону на несколько мыслей. Во-первых, Франция публично объявила, что не поддерживает режим Великого Ордена. Да, она подозревала это, но подтверждения до сих пор не видела. Во-вторых, Темный Лорд был взбешен, именно поэтому и отправился в наступление. Весьма необычное поведение для него. Гриффиндорка задалась вопросом, почему Франция так важна для него? Еще две партии, и она узнала еще больше. Имя человека, подозреваемого в предательстве правительства Сирилло. Обстоятельства, при которыхДжагсон потерял руку. Анжелина была замечена в Бристоле в закрытой аптекарской лавке. Разум подкидывал Гермионе миллионы вариантов, но, в конце концов, она убедила себя в том, что не следует преувеличивать. Она в бегах и, естественно, нуждается в экстракте бадьяна и других лекарствах. Тео, казалось, не очень расстроился, самодовольно объявив, что Эдинбургский замок вскоре примет заместителя корейского Министра. Драко держался, сохранив свой секрет на еще один круг. Гермиона попыталась отбросить в сторону свое раздражение по поводу того, что он не поделился с ней этой информацией. Она обсудит с ним это позже, сейчас не время. К концу следующего круга, Пьюси, проиграв золото и выдав свою тайну, уже вовсю целовал шею Мортенсен, лишь изредка наблюдая за игрой. Гойл был занят чем-то подобным, только создавалось впечатление, будто он полностью игнорировал игру, чтобы сосредоточиться на небрежных поцелуях со Сьюзен. Настала очередь Уоррингтона бросать кости. Девушка Кэрроу, сидящая на его коленях, захихикала, когда он предложил ей бросить кубики и мгновенно поймал ее губы своими. Гермиона отвела взгляд от развернувшейся сцены, когда Тео озвучил результаты броска. Они обменялись фишками, добрали карты. И когда пришло время вскрываться, Тео сказал, что может назвать еще одно имя очередного высокопоставленного посетителя Эдинбурга. — Даже не старайся, — протянул Драко. — Я хочу знать, что именно твой отец изучал в моей библиотеке, — Тео открыл было рот. — И не корми меня байками о границе Аппарации, — добавил Малфой, перебивая его. — Я видел, как он прятался в других секциях. Комната на секунду погрузилась в тишину. Лицо Тео мгновенно покрылось пятнами, будто его только что прилюдно подняли на смех. — Поддерживаю, — оживился Флинт. — Теодор занервничал, или мне показалось? Присутствующие в унисон захихикали. Рыжеватая блондинка уткнулась лицом в ухо Тео и схватилась за его плечо, когда он нахмурился. Пульс Гермионы ускорился от любопытства, и ей пришлось опустить взгляд на стол, чтобы не выдать себя. Тео хмурил брови, барабаня пальцами по столу. — Я согласен, только при условии, что Драко расскажет нам, где был его отец. Драко сделал глубокий вдох, и Грейнджер заметила, как приподнялись уголки его рта. Он сделал вид, что проверяет свои карты и взвешивает варианты. — Что думаешь, Грейнджер? — он выровнял спину. — Считаешь, у меня достаточно хорошие карты? Она моргнула, глядя на его руку и не зная, что должна ответить. Но это не имело никакого значения — он просто пытался выиграть время. Гермиона думала о том, как руки других девушек тянутся к волосам парня или скользят по затылкам — обычный флирт, прикосновения… Она вытащила карту из середины веера Драко и переместила ее в конец. Наклонившись ближе к нему, Гермиона громко прошептала: — Думаю, Тео придется выдать все свои тайны. Стол взорвался хриплым мужским смехом. Да, в этом не было ничего такого, но, возможно, ей удалось их удивить. Она играет по их правилам. — Ну теперь можно и вскрыть карты! — завопил Флинт. — А я все ждал, когда же ты проявишь себя, Грейнджер! — Это лишь вопрос времени. Обстановка далеко не такая располагающая, как была на прошлой неделе… — Мы только разогреваемся… — …совсем скоро ты сможешь вернуться к той прекрасной прелюдии с Малфоем, которую мы имели честь наблюдать на прошлой неделе… Гермиона пропустила эти слова мимо ушей, улыбнувшись при этом пошире. Пэнси вела себя как-то иначе. Как-то поуютнее… Они заметили разницу… Она попыталась расслабиться, оперевшись о плечо Драко. А он сидел, словно каменное изваяние. Никакой от него помощи. Отбросив в сторону раздражение, Гермиона придвинулась ближе к нему, попыталась стать такой же уютной, какой могла быть Пэнси… Однако он только остановил ее, сжав в предупреждающем жесте ногу гриффиндорки. Они перебрасывались картами, и она позволила своей руке, лежащей на спинке его стула, зарыться в его волосы. Гермиона изо всех сил старалась не расстраиваться, зная, что с Пэнси на прошлой неделе он не был таким холодным. Возможно, ей просто следует приложить больше усилий. Драко вскрыл свои карты, и Грейнджер сделала вывод, что он снова победил. Сердце колотилось в груди, когда она приняла решение попробовать еще кое-что — отпраздновать его победу. Прижавшись лбом к виску Драко и изобразив на лице застенчивую улыбку, Гермиона провела пальцем по его губам. Легкая щетина царапнула нежную кожу рук гриффиндорки… И Драко едва заметно уклонился в сторону, словно увернулся от удара. Гермиона замерла, чувствуя, как все тело сжимается, а его ребра больше не касаются ее… Смущение затопило грудь, отчего лицо покрылось пятнами. Она предприняла попытку поцеловать его, а он отверг ее. Гермиона не смела смотреть на него, опустив взгляд на колени, в то время как Драко тасовал карты, словно ничего не произошло. Вскоре смущение сменилось неконтролируемой яростью. Он поставил их под угрозу. Он не может целоваться с собственным Лотом? Что на это скажут другие? Видел ли это кто-нибудь? Она-таки начала слышать посторонние звуки и, наконец, подняла голову. Парни болтали и продолжали играть в карты. Никто из присутствующих на них не смотрел, но было кое-что неприятное в ухмылке Флинта, его причудливые зубы врезались в нижнюю губу. Гермиона почувствовала, как Драко снова начал дышать, и услышала, как он сглотнул. Она замерла от осознания, что он все еще рядом. Им нужно было поговорить. Им необходимо было заранее обсудить их поведение. Он буквально накричал на нее на прошлой неделе, снисходительно взглянул, когда она проявила свои способности к сексуальной игре, а затем продолжил саботировать ее. Глубоко вздохнув, Гермиона напомнила себе, что не может обнажить свои чувства под прицелом стольких глаз. — Твой ход, Малфой. Хиггс передал кости Драко. — Позволишь ей пожелать тебе удачи? — дразнил его Пьюси. Во время игры она наблюдала, как почти каждая девушка дула на кости прежде, чем их бросали. Кокетливая улыбка и поджатые губы — все присутствующие склонили головы. И несмотря на то, что Гермиона не желала быть в очередной раз униженной, она знала, что должна устроить шоу. Драко держал кости прямо перед собой. Она коснулась тонкими пальцами его запястья, удерживая на месте, подняла на него взгляд и дунула прохладным воздухом. Он сглотнул, и его глаза расширились, по всей видимости, от удивления. Кто-то за столом рассмеялся. — Нам всем известно, как Грейнджер любит «дуть». Она моргнула, прервав зрительный контакт и отпустив его запястье. В момент, когда он отвернулся, дружный хохот отразился от стен комнаты. — Жаль, что ей нужно зелье, чтобы расслабиться… Пэнси сделала минет, находясь в ее теле. — Я бы поставил тебе «Выше ожидаемого», Грейнджер. Может быть, даже «Превосходно», если бы мне позволили судить воочию… Это был ее рот, ее язык. В горле пересохло, когда Драко отмахнулся от них, натянуто улыбнувшись, и бросил кости. Она сидела на его коленях, выровняв спину, в попытке избавиться от картинок, которые любезно подкидывало воображение, пока сердце не перестало бить набатом в груди, и дыхание не успокоилось. Гермиона никогда… Она даже не знала как. Она могла только предполагать, что Пэнси Паркинсон тщательно продумала все, и надеяться, что слизеринка не выставила Гермиону экспертом в этом нехитром деле. Об этом она подумает потом. Драко говорил, что все будет гораздо спокойнее, что они с Пэнси сыграли довольно убедительно. Она должна сосредоточиться на ходе игры и выдаваемых тайнах. Они могут помочь ей в дальнейшем. Парни продолжали расставаться со своими галлеонами. О чем Драко думал, глядя на нее в этот момент? Представлял ли ее, сидящую на коленях и расстегивающую его ширинку? Были ли его глаза прикованы к ее губам в прошлую пятницу, после того, как Пэнси переступила камин ную решетку? Он помнил это? Рука коснулась ее лопаток, и в этот миг Гермиона поняла, что напряжена до предела и смотрит в никуда. Она глубоко вздохнула, откинув эти тревожные мысли на задворки сознания и сконцентрировавшись на действительности. Парни продолжали выкладывать свои секреты, когда ей снова удалось расслабиться в руках Драко. — Мне известно кое-что, что вызовет у вас неподдельный интерес… Мы на последнем круге, если что, — произнес Флинт с ухмылкой. Его взгляд остановился на Грейнджер, и он объявил: — Я знаю судьбу некоего Рональда Уизли. Леденящий страх распространился по телу. Гермиона знала, что ей не удастся сохранить равнодушное выражение лица. Глаза Флинта опасно заблестели. Она также почувствовала, как напряглась рука, лежащая на ее талии. — Откуда тебе стало это известно? — усмехнулся Тео. — Никто не слышал о нем в течение нескольких месяцев. Флинт пожал плечами, все еще ухмыляясь. — Мое зелье запретили применять в Эдинбурге. Поэтому я вынужден был найти новые рынки сбыта. Вы не поверите, что мне поведали в обмен на небольшую скидку. Сердце Гермионы забилось быстрее. Это значит, что Рон жив. И Флинт знает, где его держат. — Но это большой секрет, как вы понимаете, — сказал Маркус, выпятив губы. — Мне кажется, ты должен поднять ставку, раз я собираюсь выдать такую тайну. Флинт посмотрел прямо на Драко, который спокойно ответил: — Боюсь, я не могу рассказать больше, чем просто название страны, где находится сейчас мой отец. — Мне, честно говоря, плевать на это. Правда, — Маркус пожал плечами, его взгляд снова коснулся Гермионы. Было стойкое ощущение того, что он играет с ними, словно кот с мышами. — Я открою свой секрет за поцелуй Золотой девочки. Грейнджер задержала дыхание, тут же услышав щелчок челюсти Драко. Он откажется… И она никогда не узнает, что случилось с Роном. Ее рот открылся прежде, чем Драко успел даже вздохнуть. — Один жалкий поцелуй? — она подняла бровь,подражая поведению парня, сидящего перед ней. — Я с легкостью принимаю ставки. Вряд ли они равноценны. Флинт подмигнул. — Как быстро ты себя продала, Грейнджер. Возможно, именно поэтому я тебя так сильно хочу. Драко напрягся, собираясь накинуться на него. — Мой хозяин не может отказаться, — быстро произнесла она. — Он ничего не потеряет, проиграв. Рука Драко поднялась вверх по ее спине, и она услышала, как скрипит подлокотник кресла под напряженной ладонью, сжимающей его. Парни молчали, наблюдая за перепалкой, как за теннисным мячиком во время матча. Но победа была в кармане, и Драко знал это. Гермиона определенно почувствовала исходящий от него гнев, когда он произнес: — Конечно. Отличная ставка. Все взгляды были устремлены на карты, когда Драко и Флинт играли, бросая кости. Она оценила успех Драко по перекошенному выражению лица Тео. Чем больше на нем разочарования, тем лучше дела Драко. Когда они, наконец, вскрыли карты, все присутствующие вы дохнули. Гермиона ждала. — Черт, — прошептал Монтегю, проведя рукой по волосам. — Ничья, дорогуша, — крикнул Флинт через стол, изогнув губы в высокомерной улыбке. — Какая досада. Я хотел лишь разок попробовать тебя на вкус, — он облизал губы, и парни рассмеялись. — Уверен, ты жаждала узнать подробности о судьбе твоего Уизли. Как же жаль… Маркус постучал по своему подбородку, словно задумался. — Вот что я скажу, — произнес он, снимая Пенелопу с колен. — Я все еще готов выдать свой секрет в обмен на поцелуй. Здесь и сейчас. Пульс гриффиндорки ускорился до предела. Затем Драко усмехнулся, подняв бокал, и осушил его содержимое одним большим глотком. Гермиона в этот момент думала о теплых голубых глазах, о громком смехе, веснушчатой коже и запахе свежескошенной травы. У нее было всего несколько секунд. Она должна узнать всю правду. Быстро поднявшись со своего места, Гермиона заметила, что за ними по-прежнему наблюдают все присутствующие, и подошла к Флинту, который хищно улыбался. Она не потрудилась взглянуть на Драко, когда села на колени Флинта, обхватила его шею и впилась в губы поцелуем. Она слышала, как стол разразился возгласами и стонами и почувствовала сквозь поцелуй улыбку Маркуса, прежде чем он ответил своими холодными и упругими губами. Гермиона уже начала отстраняться, когда его рука зарылась в ее кудри, а вторая — скользнула на бедро. Его губы не оставляли ей шанса, его пальцы впивались в кожу головы гриффиндорки, удерживая ее неподвижно. Он едва сумел выпустить ее из своих объятий, и она, вырвавшись на свободу, поднялась на ноги. Гермиона, вернувшись в реальность, снова начала слышать окружающие звуки, а Флинт, улыбнувшись, провел большим пальцем по своим губам. Парни начали стучать по столу и улюлюкать. — Секрет, Флинт? — перекричала Гермиона грохот, уставившись на Маркуса и сопротивляясь желанию вытереть рот. Флинт поднял руку в попытке успокоить присутствующих, гордо обнажив свои новые зубы. — Твой Уизли жив, Грейнджер. Я видел его, побитым и истекающим кровью, в поместье Лестрейндж на прошлой неделе. Его пинали ногами, но он по-прежнему подавал признаки жизни. Кровь отлила от лица, и она побледнела в одно мгновение. В комнате было шумно, но Гермиона не могла расслышать и звука. Рон жив, но лишь едва. Поместье Лестрейндж. Какое именно? Рабастана или Рудольфуса и Беллатрисы? Она попыталась вымолвить хоть одно слово, но тут же была схвачена за запястье и обнята за талию, после чего Драко вывел ее из комнаты. Толкнув, правда. Игра окончена. Несколько парней последовали за ними, миновав Харпера. Драко молчал, жестко держа ее за талию. Они прошли через дверь, но Гермиона никак не могла избавиться от навязчивых мыслей. В ее голове все еще крутились слова, которые она только что услышала, и образы окровавленного Рона, борющегося из последних сил за жизнь. Она в оцепенении шла по коридору, запихивая эти мысли о Роне в закрытую книгу, стоящую на воображаемом шкафу, где им и место. Вечер вымотал ее. Ей нужен воздух. Нужно пространство. Ее губы все еще покалывали от сухого и странного поцелуя с Флинтом, а платье казалось слишком тесным. Драко свернул за угол, и вид Шарлотты, ожидающей гостей с подносом, вернул Грейнджер к действительности. Они направляются в комнату отдыха. Она должна быть в здравом уме, поэтому, секунду поразмыслив, повернулась к Драко и сказала: — Мне нужно в туалет. Он резко на нее взглянул. — Мне ведь разрешено справлять нужду, не так ли? — невозмутимо произнесла она. Драко впился в нее взглядом и тут же потянул налево, к коридору, в котором смеялись мужчины в компании разрисованных девушек. — Внутри стоит охрана, — сказал он и указал на дамскую комнату в конце коридора. — Поторопись, пожалуйста. Гермиона помедлила, уже пожалев о своей просьбе. Ей просто необходимо побыть несколько минут в одиночестве. Кивнув, она толкнула дверь, не удосужившись взглянуть на него, и увидела плиточную комнату с тремя перегородками между унитазами. Охранник стоял у раковин, с интересом рассматривая входящих девушек. Грейнджер мгновенно покраснела, смущенная мыслью об использовании туалета под наблюдением. Она поколебалась с полсекунды, как вдруг в нее врезалась входная дверь, когда какая-то девушка попыталась войти внутрь. Гермиона сделала шаг в сторону и обернулась, чтобы извиниться… Рыжеватая блондинка улыбнулась ей в ответ. Гермиона, моргнув, сглотнула и поспешила к кабинке, чувствуя на себе внимание охранника. Она быстро воспользовалась унитазом; рыжеватая блондинка сделала то же самое. И как только она смыла, то вышла из кабинки, и девушки снова встретились у раковин. Они одновременно схватились за полотенце, и, когда Грейнджер повернулась, чтобы в очередной раз извиниться, то заметила, как светлые глаза девушки смотрят на охранника. — Твой ошейник перекосился, — произнесла она с сильным шотландским акцентом. Охранник уставился на них в зеркало, когда блондинка протянула руку к Гермионе и начала поправлять ее украшение. — О, благодарю, — произнесла гриффиндорка еле слышно. — Ты не должна с ней разговаривать, — рявкнул охранник, отчего Гермиона подпрыгнула, а руки шотландки быстро опустились. Поправив платье, девушка повернулась и улыбнулась мужчине через плечо. — М-м-м. Нам и не нужно разговаривать. И, подмигнув, она сделала резкий выпад вперед, обхватив ладонями лицо Гермионы и впившись губами в ее губы. Грейнджер от неожиданности подняла брови и широко распахнула глаза. Блондинка прижималась к ней губами, скользя руками по шее гриффиндорки. Гермиона не могла пошевелиться… Не могла даже думать… Это было… Что вообще это было? Девушка провела пальцами по ключицам Гермионы, скользнув языком в ее рот. Она чувствовала себя такой беспомощной, когда девушка потянула за колье… Ее колье… Гермиона ахнула, чем позволила чужому языку проникнуть в свой рот. Девушка намеревалась что-то сделать с ее колье. Охранник, краем глаза наблюдающий за происходящим, начал к ним приближаться. Пульс гриффиндорки ускорился, и она бросила предостерегающий взгляд на дверь. Блондинка отступила и повернулась к охраннику. — Нет, нет, я не трогаю ее. Охранник уставился на них, обнажив кривые зубы, и шотландка хихикнула, после чего схватила Гермиону за руку и потащила к двери. Прежде чем она успела отдышаться, ее прижали к стене в коридоре, и руки блондинки вновь потянулись к ее шее, а мягкие губы — к губам. Гермиона ахнула, когда ощутила, что та снова тянет за колье. Она хочет снять его? Разве Гермиона не сможет сделать этого сама? Блондинка отстранилась, поправив колье-ошейник, звякнув металлом. Запечатлев на губах гриффиндорки последний невесомый поцелуй, она подмигнула и направилась прочь по коридору… пройдя мимо Драко. Он же стоял неподвижно, словно статуя, сопровождая взглядом рыжеватую блондинку. Его губы слегка приоткрылись, словно он собирался что-то сказать, но внезапно передумал. Грейнджер коснулась пальцами своих губ в попытке понять, что же произошло в последние две минуты. Эта девушка последовала за ней в уборную. Она явно от нее что-то хотела. Она получила желаемое? — Черт возьми, что это было? Ее глаза расширились, и Драко нахмурился, опомнившись. Открыв рот, Гермиона снова его закрыла, и только через мгновение произнесла: — Она была… весьма дружелюбна. Когда она подошла ближе, Драко схватил ее за локоть и резко развернул к себе. — Скольких еще друзей ты планируешь сегодня завести, Грейнджер? И вместо того, чтобы отправиться к диванам комнаты отдыха, он потащил ее прямо к камину, с помощью которого они спустя мгновение оказались в поместье Малфоев. — Почему мы ушли? — требовательно спросила Грейнджер. — Мы не закончили! — Хватит с тебя веселья на сегодня, — прошипел он в ответ, поднимаясь по лестнице — Ты злишься на меня за то, что я поцеловала Флинта? Думаешь, мне самой это понравилось? Он отвернулся и поднялся на несколько ступеней. — Я злюсь на тебя за то, что ты выставила меня слабаком. Гермиона уставилась на него. — Шутишь?! Флинт предложил эту ставку только потому, что ты отказался меня поцеловать! Ты выставил нас полными идиотами! Он нехотя закрыл рот и, снова продолжив подниматься по лестнице, выдохнул: — Поцелуи слишком интимны. Гермиона буквально кипела изнутри. Бросившись вслед за ним, она прошипела: — Слишком интимны? Да там все целуются! Уверена, и ты на прошлой неделе целовался с Пэнси, так что даже не… — Нет, не целовался, — выплюнул он. — Только вдумайся, какой бред ты несешь, Грейнджер… — О, зато ты позволил моему рту побывать в других местах? — взорвалась она. — Моим губам?! — ее возглас отразился эхом от стен. — Значит, сегодня вечером была месть? — он усмехнулся. — Хочешь соблазнить как можно больше людей, чтобы отомстить меня за то, что я поцеловала Флинта? Думаешь, мне самой это понравилось? Он отвернулся и поднялся на несколько ступеней. — Я злюсь на тебя за то, что ты выставила меня слабаком. Гермиона уставилась на него. — Шутишь?! Флинт предложил эту ставку только потому, что ты отказался меня поцеловать! Ты выставил нас полными идиотами! Он нехотя закрыл рот и, снова продолжив подниматься по лестнице, выдохнул: — Поцелуи слишком интимны. Гермиона буквально кипела изнутри. Бросившись вслед за ним, она прошипела: — Слишком интимны? Да там все целуются! Уверена, и ты на прошлой неделе целовался с Пэнси, так что даже не… — Нет, не целовался, — выплюнул он. — Только вдумайся, какой бред ты несешь, Грейнджер… — О, зато ты позволил моему рту побывать в других местах? — взорвалась она. — Моим губам?! — ее возглас отразился эхом от стен. — Значит, сегодня вечером была месть? — он усмехнулся. — Хочешь соблазнить как можно больше людей, чтобы отомститьмне? — Не обольщайся, — огрызнулась Гермиона. — Девушка в уборной вела себя… — она не знала, стоит ли упоминать, как блондинка возилась с ее колье. — Странно, — закончила Грейнджер. — Но что касается Флинта, это был хорошо продуманный ход. У него была информация о Роне… — Ну, конечно, — прорычал Драко, поворачиваясь к ней лицом. — Рон, — он спустился на две ступеньки вниз, поравнявшись с ней на середине лестницы. — Интересно, что же скажет твой парень о твоих методах сбора информации, Грейнджер. Она сердито на него посмотрела, вытянув шею, чтобы встретиться взглядом. — Мой па… Мой парень? — Да, — прошипел он. — Что, если твой драгоценный Уизли узнает, что ты упала в объятия первого встречного, предложившего толику информации… — Ты… Ты полная задница! — взревела Гермиона. — Мне не пришлось бы целовать твоих отвратительных друзей, если бы ты просто рассказал мне, что, черт возьми, происходит! Его челюсти сжались, и он, развернувшись, продолжил подниматься по лестнице. — Я отвечаю на каждый гребаный вопрос, который ты мне задаешь, Грейнджер… — А тебе запрещено говорить что-либо еще? — она следовала за ним по пятам. — Поделиться условиями игры на эти вечера? Или, ради приличия, рассказать мне о своем глупом никаких-поцелуев правиле?! Гермиона свернула за угол, когда он подошел к двери своей спальни. — Хочешь знать правила, Грейнджер? — крикнул он, распахивая дверь. — Оно всего одно — не вешайся на моих друзей! — Отвали, Малфой! Он бросил на нее последний взгляд и скрылся в своей комнате, захлопнув дверь. Гермиона последовала его примеру и направилась в свою спальню, пыхтя от гнева. Она сняла туфли, швырнув их в стену, соседнюю с его спальней, в надежде, что он услышит. Потянувшись к колье, ее пальцы быстро расправились с застежкой, и металл с лязгом упал на пол… И крошечный клочок бумаги вместе с ним. Гермиона уставилась на него, мгновенно замерев. Кусочек пергамента, небрежно оторванный, был не больше дюйма. Гермиона медленно наклонилась, думая о том, как девушка с рыжевато-белыми волосами протиснула палец между ее кожей и золотым колье. Чтобы просунуть туда свернутый кусочек пергамента. Дрожащие пальцы разворачивали его, а сердце, казалось, не билось в этот момент. Знакомый почерк мгновенно вызвал воспоминания о счастливых днях, проведенных в Норе. Записки, передаваемые взад и вперед, в которых они обсуждали Гарри и Рона, поцелуи и свои тайные желания. Спешные каракули, выведенные красной помадой, заставили гриффиндорку вздрогнуть. Как мне его убить? Дж. У.

Комментарии (0)