38 глава

31 декабря 1989 года.

За окном кружилась предновогодняя метель, но в квартире Евы было тепло и пахло дорогими духами. Прошло полгода — насыщенных, порой трудных, но удивительно стабильных. Университетская суета улеглась, сессия была почти закрыта, а отношения с Валерой стали той самой опорой, о которой она раньше только мечтала.

На часах 21:30. Ева в последний раз взглянула в зеркало. Отражение вызывало восторг даже у неё самой: обтягивающее черное платье с глубоким V-образным вырезом подчеркивало каждый изгиб фигуры. Длинные черные перчатки с кокетливой меховой оторочкой придавали образу голливудский шик. Пышные, объемные локоны, перекинутые на одно плечо, открывали нежную шею и жемчужные серьги, которые мягко мерцали в свете лампы. Эффектный макияж — акцент на глаза, сделавший взгляд роковым, и спокойный, нюдовый блеск на губах.

Натянув длинные сапоги на шпильке и набросив сверху куртку, она выбежала на улицу. У подъезда, прислонившись к машине, её ждал Филатов. В свете фонарей он казался еще мужественнее.

— С наступающим! — улыбнулась Ева, подходя к нему.

— Тебя тоже, — коротко ответил Валера, притянул её к себе за талию и крепко поцеловал, обдавая запахом морозного воздуха и парфюма.

— Ну что, поехали? — спросила она, когда они сели в машину. — Беловы уже заждались, Оля звонила пять минут назад, говорит, Космос уже вовсю шампанское открывает.

— Да, только сначала не к Беловым, — Валера завел мотор и включил печку на полную мощность

— А куда? Мы же договаривались.

— Поехали-поехали, холодно уже, — уклончиво ответил он.

Валера привычно щелкнул зажигалкой и закурил. В салоне стало тепло, пахло табаком и ожиданием чуда. Когда машина затормозила у дома Филатова, Ева недоуменно приподняла бровь.

— Валер, ты чего меня к себе привез? Нас люди ждут, неудобно как-то.

— Пошли уже, — усмехнулся он, выходя из машины.

В квартире было тихо. Ева стояла в прихожей, не снимая куртку, и требовательно смотрела на него.

— Закрой глаза, — негромко сказал Валера.

— Валер, ну мы же опаздываем…

— Закрывай давай.

Он взял её за руку и осторожно провел в комнату. Когда он разрешил открыть глаза, Ева на мгновение потеряла дар речи. На вешалке, в центре комнаты, висела шуба. Роскошный, ослепительно белый песец, длинный, почти в пол. Мех казался невесомым и нереально пушистым, переливаясь под светом люстры.

— Я хотел сделать тебе особенный последний подарок в этом году, — тихо произнес Валера, стоя у неё за спиной.