Громче всяких слов
— Серёжа! — вскрикивает Лата и несётся к входной двери, прямиком в распростёртые объятья. Видеть дядю на пороге своей квартиры спустя более чем полугода кажется полным наслаждением, а утопать в его крепких объятьях, которые не собираются становиться свободнее — раем.
— Родная, — восклицает Серёжа.
Лата не разъединяет объятья до последнего — настолько они теплые и долгожданные! — и позволяет завершить обмен телячьими нежностями именно Серёже, и наконец нормально ввезти свои чемоданы в квартиру.
Серёжа мельком бросает взгляд на недоделанные полы и приходит к выводу, что квартира находится в состоянии ремонта. Последнее он даже где-то глубоко внутри одобряет: оно и к лучшему — Лата хоть сможет как-то прийти в себя и сменить антураж, чтобы стены, которые копят в себе столько воспоминаний, перестали давить.
Он пытается скрыть нарастающее изумление от нежданных, но таких нужных объятий, но перехватывает талию племянницы, поглаживая по спине. Обращает внимание на диван, который стоит тут уже лет двадцать, и думает, что некоторые вещи не меняются.
А может, всё-таки меняются...
Взгляд мужчины останавливается на летней жилетке, небрежно свисающей с изголовья дивана. Эта жилетка аж никак не напоминает женскую, и Серёжа хмурится. Наихудшие предчувствия и догадки, которые только могут быть, тут же рождаются в голове, находя подкрепление в виде гневных тирад Антона по поводу несносного Смирнова, который только что и делает, что носится вокруг Латы. Но всё они тут же разбиваются вдребезги, когда его взгляд сталкивается с серыми глазами. Не Лешиными.
Серёжа только и успевает заметить, как глаза парня исчезают под футболкой, которую он наспех натягивает на свой торс, а после кидает взгляд за него — парень вышел из спальни Латы.
Нетрудно предположить, что этот парень там забыл.
Но, с другой стороны, не затворничать же ей!..
Серёжа даже не старается скрыть от Латы удивление, уверенно зарождающееся на его лице, и Лата собирается откомментировать это, наконец продемонстрировав умения в острословии, но выражение лица Серёжи сменяется на слегка виноватое. Это вызывает вопросы и Лата хочет уточнить, но весь ее словесный поток вмиг прерывает его неловкое «я, наверное, не вовремя».
Лата хмурится и оборачивается: сзади неловко Максим в футболке задом наперед и скрывать неловкость, взвалившуюся на него, совершенно не намеревается.
Она кивает головой и хмыкает.
Ну да, конечно! Фантазия тут у всех присутствующих — ну просто будь здоров, а картинки в голове могут возникнуть соответствующие.