Глава 20.

⁺‧₊˚ ཐི⋆♱⋆ཋྀ ˚₊‧⁺

Я подрываюсь с земли, отряхиваясь от травы. Сердце ускорило ритм, стоило увидеть Асибилику. Откашливаюсь, пытаясь вернуть свой обычно спокойный вид.
- Добрый день, леди Авель, - отдаю поклон.
- Рада вас видеть, ваша светлость, - Она улыбнулась, кивая.
Бегло оглядываюсь - вокруг лишь тишина, надгробия и шелест листьев. Никого похожего на гувернантку леди. Кожа похолодела. Мы одни. И это - неправильно. Моё беспокойство растёт - кладбище не место для такой нежной и робкой натуры, как Асибилика.
Делаю шаг ближе:
- Прогулка на кладбище? Без сопровождения? Не самая разумная мысль, - голос звучал настойчиво, но сдержанно, - Позвольте проводить вас до Шато Нуар?
Изучающе смотрю на леди Авель, слегка поднимая бровь:
- Смею спросить: где ныне виконт?
- Отец на исповеди у Преподобного Беатуса.
Я поступаю галантно, начав беседу о Ней - сдержанно, чтобы не показаться навязчивым, но всё же...уже зная многое о Её жизни. Наклоняю голову ближе, не сводя с Неё взгляда. Асибилика оживляется, Её глаза сверкают - Она, кажется, готова рассказывать часами.
- Мой прапрадедушка, - Она говорила с наивным восторгом, глядя на меня, - Он был служителем Божьим! Как и все в роду Авель. Но один из его сыновей отказался от любви Бога, и встретил девушку. Его ветвь больше не имела ничего общего с аббатством. И не смотря на это - мой род получил титул виконта.
Её голос становится немного снисходительным:
- Ох... Многие верят, что наш род идёт от сына Адама и Евы - Авеля. Но это же... - Её щёчки розовеют, - В такое веруют маловерные люди. Ведь те, кто читал Библию не думал бы о подобном.
Я внимательно слушал, мои глаза не отрывались от Её ангельского лика. Когда леди говорит о матери, Её голос дрогнул:
- Я...не знала свою матушку, - Она опустила взгляд, - Умерла при родах...
Сжимаю челюсть, в голове проносятся слова старика: "Виконтесса умерла, родив девочку..." Сердце сдавливает болью за Неё.
- Мне искренне жаль, леди Авель.
Асибилика поникла, Её личико стало печальным:
- Я часто вижу во снах женщину... Верю, что это она... Моя матушка.
Невольно жалею Её - такая беззаботная, такая трогательно наивная. Моё сердце сжалось, и произнёс мягко, словно, по-отечески:
- Уверен, что так и есть. Она оберегает вас.