Глава 20 . Слишком реальный сон

Я зашёл в небольшую комнату. В палате был классический минимализм, как я люблю. Койка, тумба, стул и небольшой шкафчик. Быстро оббежав глазами помещение, я остановил свой взгляд на худом старике, лежавшем на постели. Моему отцу сейчас должно было быть пятьдесят с чем-то, но он выглядел гораздо старше. Видимо издержки заболевания. Я закрыл дверь и молча отошёл к противоположной стене палаты от отца. Он так же молча проследил взглядом за моими действиями и улыбнулся, указав мне на стул, который стоял у окна. Я принял предложение и присел на стул, отвернувшись от старика к стеклу, разглядывая осенний пейзаж.

- Привет, Майкл, - прохрипел отец, не отрывая от меня взгляда.

- Здравствуй, Джереми, - нехотя буркнул я, не отрывая глаз от серого неба.

Отец кашлянул, но это получилось, как смешок, как издёвка надо мной.

- Ладно, давай по-другому. Привет, сын.

- Нет. Даже не надейся. Я не назову тебя папой, и ты будь добр, не называй меня сыном.

- Почему? Ты ведь мой сын, а я твой...

- Замолчи! – резко оборвал я.

Я грозно посмотрел на старика и вновь отвернулся. Он понял, что я не в духе и решил сменить тему. Его голос был хриплым, но мягким. Последний раз я слышал мягкость в его голосе, когда была жива мама.

- Я думал, ты не удостоишь меня своим визитом. Всё-таки идея Либби, прислать письмо от её лица, сработала.

- Не обольщайся. Я здесь не ради тебя, и уж точно не из-за вашей аферы с Либби.

- А ради чего? – Джереми замолчал, ожидая ответа, но я его не дал, и он предположил. – Наследство... А ты говорил, что я тебе ничего не дал! А деньги, а особняк? – говорил он так, словно совершил героический подвиг, швырнув мне в лицо зелёные банкноты.

Меня распирала ненависть. Какого он обо мне мнения? За кого он меня принимает? Хотя, это же мой отец. Я для него навсегда останусь маленьким ущербным Майклом, которого не устраивает отцовский порядок.

- Да пошёл ты! – фыркнул я. – Нужны мне твои деньги?! Будто мне своих не хватает?!

- Щенок, - резко сказал Джереми. – Видимо, я мало учил тебя манерам в детстве! Как ты с отцом говоришь?

- Хватит! – крикнул я и встал со стула, повернувшись к старику, и широко расправил плечи. – Мне не 15 лет, Джереми! Хватит меня поучать! Я не тот запуганный мальчишка, которого ты знал! На меня уже давно не действует твоё давление! Как ты не поймёшь, что я не буду тебя слушаться и потакать? Очнись! Твоему сыну 26, он уже давно не нуждается в твоих советах и живёт собственной жизнью!

- О, как мы заговорили!