31-Едем в Токио
Десять лет? Двадцать? Или же потребуется ещё целая жизнь, чтобы достичь этого рубежа?
Он мысленно перебирал пройденный путь, и каждый отрезок казался бездонной пропастью. Создание «Хакую» из ничего — не просто из праха, а из леденящего душу хаоса и отчаяния. Постепенно, клочок за клочком, он собирал силу, вливал в неё свою волю, свой гнев, превращая в ту самую грозную силу, о которой некогда лишь мечтал. А за спиной, словно тень, вцепившаяся в пятки, — нескончаемые преследования клана Хиираги. Год за годом. Поколение за поколением. Их упрямство было лишь горькой приправой к его амбициям.
Сайто стоял неподвижно, словно изваяние, и его взгляд, лишённый всякого тепла, был прикован к холодному диску луны, висевшей в бездонном, ледяном небе. Этот свет не согревал, он лишь освещал путь, окутанный морозом и тишиной.
— Скажи же мне наконец, основатель… — его шёпот был едва слышен, почти растворяясь в ночном воздухе. — Ты доволен теперь? Каждая вымощенная мной плита, каждая пролитая капля крови, каждый сломанный дух… Всё это — лишь аккуратные штрихи на полотне твоего грандиозного замысла?
В углах его губ дрогнула тень, перерастая в тихую, безрадостную усмешку. Но когда он снова заговорил, в низком голосе зазвучала закалённая сталь, холодная и неумолимая.
— Или… — протянул он, и в этом слове повисла вся тяжесть накопленных лет и сил. — Я уже наступаю тебе на пятки? Моя тень стала достаточно длинной, чтобы коснуться твоего пьедестала?
Размышления, густые и тягучие, как смола, были резко прерваны. Из сгустившейся темноты, из самой её сердцевины, донёсся почтительный, но не допускающий возражений голос. В нём не было спешки, лишь неотвратимость.
— Лорд Сайто.
Голос сделал паузу, давая титулу и имени впитаться в ночь.
— Время пришло.
---
— Какого... черта?!
Возглас Наруми не просто сорвался с его губ — он вырвался, хриплый от неверия и адреналина, будто застрявший в горле ком. Его взгляд метался по опустевшему полю, где мгновение назад бушевали искажённые предвестники конца света. Теперь там осталась лишь тишина, давящая и неестественная, да легкая дымка, медленно рассеивающаяся в холодном воздухе, будто мираж. Они просто... испарились. Без взрыва, без вспышки, без логичного завершения боя. Просто пустота.