Глава: 1 [1941]
Знаете, по канону, когда умираешь, ты либо возвращаешься в прошлое, либо попадаешь в другой мир. Но мне не повезло.
Меня звали София. И что со мной случилось?
Верно... Я очутилась в самом аду - во времена Великой Отечественной войны. В теле двадцатилетней девушки, в одежде времён СССР, со светлыми волосами, заплетёнными в косу. Я ненавидела всё это ещё больше оттого, что оказалась на оккупированной немцами территории.
- О господи... Я же просила тебя, за что?! - прошипела София, прячась в подвале разрушенного дома. Вокруг раздавались крики, а она ничего не могла сделать. Что она могла? Показать им своё жалкое кунг‑фу, которому училась два года? Или попытаться выхватить пистолет? Хотя в стрельбе ей не было равных - она увлекалась тиром и немного охотой.
- И что же делать... - шептала она, шагая в темноте туда‑сюда. - Интересно, если я дам им ложные координаты расположения «наших», они отпустят меня? Я даже не знаю, какой сейчас год... 1941? Начало, может, январь... Или уже 1942? Всё, я сдаюсь...
Слезы на войне не помогут. Она не плакала - просто не могла.
Послышался выстрел, затем немецкий голос. Они говорили о «жалких русских». София знала немецкий - она изучала и английский, и немецкий, а недавно начала осваивать японский.
- Думай, Соня, твоя жизнь на кону... - мысленно повторяла она.
И тут она заметила движение. В углу подвала, среди обломков, сидел ребёнок - малыш с зелёными глазами. Он не плакал, словно всё понимал. Понимал, где находится, и потому молчал.
- О Господи, ты что, издеваешься? - простонала София, беря ребёнка на руки. Она укрылась в тёмном чулане, чтобы приглушить звуки.
В темноте малышка потянулась к ней, обхватила пальчик своими крошечными ручками.
- Чёрт... милая... - пробормотала София и крепко обняла её.
Страх, который она так старательно скрывала, вдруг прорвался наружу. Слезы потекли по щекам - слёзы осознания неминуемой смерти, страха, что её найдут.
Внезапно в подвал кто‑то вломился. Послышался немецкий говор.
- *Ich habe sicher gehört, dass hier jemand ist*, - произнёс немец, шагая рядом с тем самым шкафом.
- «Чёрт, чёрт, не заглядывай сюда, главное - не заглядывай», - молилась София, закрывая собой малышку. Она задержала дыхание, чувствуя, как сердце готово выпрыгнуть из груди.
Шкаф медленно начал открываться. София замерла.
- *Ich dachte, hier ist niemand!* - раздражённо бросил немец и резко закрыл дверцу. София вздрогнула.