25 глава ( что было после)

Т/и не выходила из комнаты уже третьи сутки. Чтобы у куратора в университете не было вопросов, она вызвала на дом врача и открыла больничный. Вид у девушки был не из лучших: синяки под глазами из-за бессонной ночи, бледный оттенок лица, поэтому у врача не возникло вопросов.

Шторы в комнате были задёрнуты так плотно, что невозможно было понять, утро или вечер. Телефон валялся на полу — она кинула его, когда в первый же день пришло сообщение от Саши. Русоволосая даже не прочитала его. Просто скинула аппарат с кровати и больше не поднимала.

В комнату никто не заходил. Мама оставляла еду у двери комнаты, тихонько стучала, но не настаивала. Она помнила ту дочь, которая перестала есть, перестала говорить, перестала быть собой даже с самыми близкими. И теперь, когда оказалось, что виновник всего этого всё это время был рядом, пил с ними чай летними вечерами, смеялся за семейным ужином, держал Назара за руку на его первой тренировке… мама просто не знала, какие слова здесь могут помочь. Сердце женщины разрывалось, и единственное, что её успокаивало, — это поддержка мужа, который, узнав обо всём, был готов в тот же день убить молодого парня. Но женщина остановила его, попросив дать дочери хотя бы пару дней отойти от всего.

Аня приходила каждый день. Родители даже стали оставлять ей ключи под ковриком, чтобы она могла в любое время прийти к подруге. Шатенка тихо заходила в комнату, садилась на пол у кровати, рассказывала что-то про погоду, про учёбу, про то, как кто-то опять опоздал на пару. Т/и не отвечала. Иногда только всхлипывала в подушку, и тогда Аня замолкала и просто сидела рядом, положив голову на край кровати.

— Ты хочешь, чтобы я ушла? — спросила Аня на третий день.

Молчание.

— Я не уйду, — добавила она твёрдо. — Можешь не отвечать. Я всё равно буду здесь.

И она оставалась. Иногда листала что-то в телефоне, иногда просто смотрела в одну точку, иногда гладила Т/и по волосам, обнимая за плечи.

На третий день Т/и наконец встала с кровати. Волосы спутались, глаза опухли, а на девичьих губах не осталось ни капли влаги. Она смотрела перед собой пустым взглядом, и Аня, увидев это, почувствовала, как сердце сжалось.

— Я не понимаю, — прошептала Т/и. Голос сел и моментами срывался. — Как… как можно было столько раз пытаться что-то сделать, но так и не сказать ничего?

Аня не знала, что ответить. Она пододвинулась ближе, взяла её холодные руки в свои.