честность и отдаление

Уже через несколько дней стало понятно: разговоры ничего не «починили» окончательно. Они просто сделали всё честнее.

И это оказалось сложнее.

Лололошка начал замечать вещи, которые раньше игнорировал. Как Джон иногда резко обрывает разговор, когда тот уходит в сторону чувств. Как Дилан замолкает чуть дольше обычного, если тема становится слишком личной. Как он сам автоматически пытается вставить шутку, даже когда внутри совсем не до смеха.

Раньше это сглаживалось. Теперь — оставалось.

Однажды вечером они снова сидели втроём, но уже не в парке, а на крыше старого дома. Ветер был тёплым, но сильным, и приходилось говорить чуть громче, чем обычно.

— Ты сегодня тихий, — заметил Джон, глядя на Лололошку.

— Я просто… не хочу заполнять паузы, — ответил тот.

Джон кивнул, но в его взгляде мелькнуло что-то настороженное.

— Раньше ты этого не боялся.

— Раньше я боялся другого.

Дилан, сидящий чуть в стороне, усмехнулся едва заметно.

— Прогресс, — сказал он.

— Или откат, — тихо добавил Джон.

Лололошка повернулся к нему.

— Почему сразу откат?

— Потому что ты стал отдаляться, — ответил Джон прямо. — Ты меньше делишься. Меньше реагируешь. Как будто… закрываешься.

На секунду стало тихо. Даже ветер будто стих.

— Или я просто перестал играть роль, — сказал Лололошка.

— Это не роль, — резко ответил Джон. — Это ты.

— Нет, — покачал головой он. — Это часть меня. Но не вся.

Дилан перевёл взгляд с одного на другого, но не вмешивался.

— Ты хочешь, чтобы всё было проще, — продолжил Лололошка. — Чтобы я был понятным, предсказуемым. Весёлым, когда нужно. Спокойным, когда удобно.

— Я хочу стабильности, — сказал Джон. — Это не преступление.

— А я хочу дышать.

Эти слова повисли между ними, тяжёлые, но уже не разрушительные.

Джон отвёл взгляд первым.

— И как это должно выглядеть? — спросил он, уже тише. — Ты просто будешь… приходить и уходить, когда захочешь? Говорить, когда удобно? Молчать, когда сложно?

— Да, — ответил Лололошка. — И я хочу, чтобы вы делали так же.

Дилан тихо хмыкнул.

— Звучит честно. Но неудобно.

— Именно, — сказал Лололошка. — Честно редко бывает удобно.

Джон провёл рукой по лицу, будто стирая усталость.

— Я не уверен, что умею так, — признался он.

— Я тоже, — сказал Лололошка. — Но я хочу попробовать.

Снова пауза. Но теперь она не требовала немедленного заполнения.

— Тогда… договоримся хотя бы об одном, — сказал Джон. — Не исчезать. Если тебе нужно время — скажи. Если тебе плохо — скажи. Я могу не понять сразу. Но хотя бы буду знать, что происходит.

Лололошка кивнул.

— Хорошо.