Песня семнадцатая

Загадка под тёмным небом

- Мне совершенно все равно, что они помирились, - пыталась я заверить Иру, что мне действительно плевать на то, что Макс и Наташа снова вместе. А ведь это было правдой в какой-то мере.

Всю следующую неделю я пыталась избегать и Олега и Максима, встречаясь с ними только в танцевальном зале. Наверное, оба догадывались, что я пока не настроена с ними общаться, посему не лезли.

С каждым разом мне легче давались прикосновения Макса. Я больше не реагировала на них так бурно и почти перестала чувствовать неловкость в его присутствии, что, конечно же, очень радовало.

Было почти два часа ночи. Суббота. Мне не спалось и Ире, видимо, тоже. Сегодня днем она каким-то чудным образом узнала, что Наташа вернула себе то, что, как она думает, ей принадлежит. Я, естественно, не имела ничего против, но меня смущало то, что Максим решил дать ей еще один шанс, или же она ему его дала - без понятия. Факт в том, что я не могла понять их отношения. Наташа не ставила его на первое место... нет, я понимала, что на первом месте должна быть семья или что-то там, но когда тебе полностью плевать на своего парня и на то, что он делает, я считаю, что такие отношения не достойны называться «отношениями».

У нас с Данилом (которому я до сих пор не перезвонила) все было таким мягким, добрым и светлым. Когда я была с ним, не могла представить себе лучшего сплочения пары. У нас был целый мир, нам принадлежало солнце, луна и звезды. Мы видели только лучшее друг в друге, пытались поддерживать начинания, в которых мы решались себя попробовать. По-моему, гармония - важная часть в отношениях.

После получасового разговора с Ирой я откинула телефон и, подложив руки под голову, начала любоваться деревянным потолком на котором, к огромному сожалению, снова собралась паутина. Как жаль, что я не могу достать до нее.

В моей голове крутилось многое, но акцент остановился на Максе. Как бы я не пыталась, не могла думать о том, что у нас с ним произошло: мимолетный поцелуй на сцене, уроки соблазнения в его постели - все это ужасно давило, но и выкинуть мысли в воображаемый мусорный бак не получалось. Мне хотелось понять до конца, что я чувствовала в те моменты, но единственное, что лезло при этой мысли, было слово «грязь».

Он гитарист. Он умеет играть на струнах. И неважно гитарные это струны или же струны твоей души.

Он пианист. Он искусно умеет бить своими изящными пальцами по клавишам пианино и твоего сердца.