Глава десятая

Вернувшись домой, мы с Мритой начали обсуждать минувший день. В основном, шутили.

– Нет, ну ты видела, сколько громадных мужиков за нами послал твой братец? Ив, он тебя боится.

Меня эти разговоры веселили ровно до тех пор, пока не вернулся с тремя бутылками вина Геллерт, ушедший два часа назад. Увидев, в каком он состоянии, мне ничего ни оставалось, как забрать у него эти бутылки, и собственноручно разлить вино по бокалам.

¬ -Я так понимаю, их было больше? -¬ нарочито будничным тоном спросила я, откупоривая бутылку.

¬ -Да, шесть. ¬- Геллерт уселся за стол, и его взгляд устало заметался по комнате.

– Ну, ты скоро?

Я вздохнула. Удивлённого Геллерта, злого Геллерта, смущенного Геллерта я видела, но пьяного-нет. Я даже не думала, что он может влить в себя целых три бутылки.

¬ -Что отмечаем? - ¬ как обычно весёлая Мрита вскинула бокал и торжественно поднесла его к губам.

¬- Ещё одну нарушенную заповедь, - ¬ буркнула я, отпивая.

¬- С каких пор ты стала такой набожной? -¬ Мрита сделала глоток и качнулась на стуле.

¬- С тех самых, как пришлось убивать. Тебя, я смотрю, совсем совесть не гложет, да?

Мрита лишь отмахнулась. Я опёрлась локтем о тумбочку и позволила себе закрыть глаза.

- Вам никогда не приходило в голову, что мы живём в особняке?

– Геллерт, родной, я понимаю, что ты пьяный, но не настолько же! – я удивлённо открыла глаза. Какой это особняк? Да, здесь четыре этажа, но свет, горячая вода и прочие удобства оставляют желать лучшего. Одно лишь радовало - отсутствие тараканов и прочей живности. Осушив второй бокал, я всё же села за стол.   

Раньше я никогда не думала, каково это – пить алкоголь. О граппе в баре я даже не вспомнила. Задумалась, что не ощущаю ровным счётом ничего. Ни блаженства, ни удушающей головной боли.

Просидев так ещё час, я поняла, что больше не намерена слушать очередную пьяную беседу друзей, и пошла наверх.

Добравшись до комнаты, я устало взглянула на окно. Хоть оно и шаталось на петлях, но от ветра, который вечно обходил дозором «Гробницу», защищало хорошо. Внезапно, я ощутила себя разбитой. Ни одна здравая мысль в голову не приходила. «Вино всё же подействовало» – подумала я, отключаясь.

Во сне меня снова ожидала Кали, но на этот раз она показывала всё неверно содеянное и отчитывала за это. Как минимум, за вино. Что бы сказала мама? "Иванна, я тебя не для этого растила! Тебе всего шестнадцать, а ты уже пьёшь!". Про смерти она бы промолчала. Я уже давно перестала чувствовать себя шестнадцатилетней. С каждым днём в «Гробнице» мне прибавлялся год.