Глава четвёртая

– Отлично. Неси ноутбук!— сказала Мрита, выслушав мой рассказ.
Я вытащила из запылённого ящика старенький ноутбук. Ни я, ни мама им не пользовались.
– Тебе идёт. – Мрита сидела на моей кровати и смотрела на меня.
– Ты о чём? – спросила я, скользнув рукой по волосам. Рыжая прядь выпала из пучка. – А, да, возможно.
– Возможно, тебе стоит сменить стиль. Ладно, открывай давай этот ящик Пандоры. Он работает хотя бы?
– Конечно, – наобум пробормотала я.
– Ладно, проверим.
Возились мы долго. Вбивали запросы о значении этих символов, но никак не могли найти нужный сайт. Наконец, после очередной переформулировки вопроса, ноутбук впустил нас на простую белую страницу, в углу которой было написано чёрным шрифтом:
«Это сообщество было засекречено Уортоном Ст. Дж. Для просмотра информации введите почту, логин и пароль».
– Как думаешь, хуже же не будет?
– Не знаю. – Мрита пожала плечами.
Я начала колебаться.
– Вводи давай! - подбодрила она.
Я ввела свои данные. Надпись на экране резко сменила чёрный шрифт на красный.
«Предупреждение выслано. Ждите ответа и не пытайтесь продолжать свою деятельность! В противном случае вы будете удалены.»
– Что?
– Что? - Я обернулась на подругу.
Мрита смотрела на меня. Кажется, в её глазах читался страх.
– Что за «предупреждение»?
– Я-то откуда знаю?
Подруга схватилась руками за голову.
– Мы куда-то влезли, нас поймают и посадят. Или убьют, я не знаю. Мама, я жить хочу...
Я слушала её с недоумением. Для неё это было слишком.
– Нам надо бежать! - Она схватила меня за плечи, и её глаза округлились. - Только скажи, куда?
И тут я вспомнила про свой долг, про странное, но чёткое «Разберись», про то, кому я принадлежу на самом деле. Я поняла, что верю Той, которая теперь меня направляет. Я верю своему предназначению. И должна бороться до конца, иначе за невыполнение собственной дхармы меня может ждать куда более страшная вещь, чем убийство. И я знала, теперь знала, что не смогу умереть, не закончив доверенное.
Это всё я сказала вслух, убедив Мриту в том, что я не позволю ей погибнуть раньше времени.
– Тогда нам нужно ждать. Просто ждать.
И я ждала. Спустя три дня, на мой адрес действительно пришло письмо.
На обратной стороне было только одно слово – «Предупреждение», а внутри конверта –пять апельсиновых зёрен.
Я не знала, что это значит. Снова боялась, что это может оказаться какой-то секретный символ, но интернет почти сразу же выдал мне ответ на запрос. Пять апельсиновых косточек – это предупреждение, после которого человек должен либо прекратить свои действия, либо покинуть страну, иначе – он умрёт.
Выбора у меня не было, да он и не был нужен. Уехать я не могла, прекратить тоже, значит –остаётся одно. Бороться за жизни людей и свою собственную. А действовать – по ситуации, если нет чёткого плана
– Иванна, а где Мрита? Я надеялась, что сегодня она тоже придёт!
– Нет, мам. Сегодня я дала ей выходной. – фыркнула я. Мама снова начала волноваться. И это, всё же, было понятно, как бы ни раздражало. Год назад у меня был брат. Почему «был»? Он пропал без вести. Как мы ни старались пережить эту потерю, забыть его не могли.
Звали его Резо. Он был сильной творческой личностью. Да, не был он милым душечкой, но обладал спокойствием слона, и мудростью совы.
Я очень любила его. Думаю, что и он любил меня.
Спустилась по лестнице, на кухню. Сев в мягкое кресло, закрыла глаза. Думала о себе, семье, Мрите. Думала о будущем. О том, что мне придётся пережить. Я, наверное, могу потерять всё? От этой мысли мне стало не по себе. Нет. Маму, Мриту - их я не могу потерять. Их – самых близких мне людей, я буду беречь до конца жизни, до конца всего, что сейчас происходит. А иное не важно, мы будем жить!
Я старалась не думать о своей силе. Даже не знала, какая она была. Поддаётся ли контролю, когда и как проявится, но была уверена, что произойдёт это скоро. Очень скоро.
Примирившись со своей головой, я вновь поплелась наверх. Завтра в школу, завтра снова в бой.
Время - семь утра. Я, как подстреленная, вскочила с кровати пока мама не проснулась, и прошла в ванную. Снова начали терзать мысли. Я недоговариваю правду маме, возможно, мучаю Мриту. Я устала. Ладно, нет, не устала. Меня тревожило вовсе не это, а что будет дальше. Это ключевой вопрос.
Быстро одевшись, вышла на улицу. Постоянно оглядывалась: боялась, что на меня нападут. Было неприятно идти в школу с осознанием того, что тебя хотят убить. Но, обошлось без приключений.
Шесть уроков, на удивление, закончились очень быстро. Пару раз пришлось припугнуть надоедливого соседа по парте, Джаспера. Болтал он много, и отвлекал меня от раздумий. В остальном, даже с миссис Гроунберг всё было спокойно. Гораздо важнее было то, что у меня появилась идея. Один мой знакомый занимался всякими антикварными вещами и несколько лет проработал на почте. Он может мне помочь! Благо, конверт от косточек был у меня с собой.
Выйдя с уроков, я поспешила к антикварному магазинчику. Вдохновлённая, я вбежала в него, чуть не сбив старинную вазу у входа. Немного запыхавшаяся и растрёпанная, я подскочила к продавщице.
– Он на месте? – всё, что я смогла выпалить.
Продавщица с улыбкой хмыкнула.
– Да, на складе.
– А, да. Спасибо.
Я прошла в дальнюю часть магазина. Сердце вспыхнуло от волнения.
– Ну, здравствуй!
Тихий смешок послышался из-за огромных рядов коробок, из которых высыпалась посуда с разными гравировками. Они и разнообразная мебель украшали это место. Спустя несколько секунд, навстречу мне вышел высокий молодой мужчина. Серо-голубые глаза. Пряди каштановых волос спадают на лоб.
Я немного растерялась.
– Добрый день, мистер Лэ Гелар.
Приближаясь, он снова усмехнулся.
– Это уже неуважение, в конце концов! Я столько раз просил называть меня по имени!
На мгновение я всмотрелась ему в глаза. Они были необычны. Холодный свет лился из них потоком, а глубина была такой бездонной, что можно было утонуть.
– Зачем ты пришла? Ведь не просто так?
Я вышла из транса и кивнула, протянув ему конверт. Когда его белые пальцы коснулись моей руки, я отвернулась.
Возился с конвертом он около пятнадцати минут, а я всё время размышляла о нём. Что-то во его внешности меня цепляло. А может, это было даже само имя? Геллерт Лэ Гелар. Настолько утончённое, аристократичное, изысканное... Всех самых живописных эпитетов мира не хватит, чтобы описать.
– А что было внутри?
-А?
– Что было внутри конверта? – повторил Геллерт, улыбнувшись.
– Пять апельсиновых зёрен.
–Тянет на рассказ Конан Дойла. Тот португалец, видно, большой фанат...
– Почему португалец? – я напряглась.
– Необязательно. Сама бумага португальская. Ну, а я так понимаю, что у них там всё серьёзно, поэтому, записку передал тоже португалец.
– Где, там?
– Я не знаю. Но, в этот четверг, ко мне обращался португалец с просьбой изготовить конверт из этой бумаги. - сказал он своим тихим, немного хриплым голосом.
– Странная логическая цепочка. Вы не соучастник?
– Ты.
– Что? – Геллерт говорил загадками. Меня это начало напрягать.
– Ты не соучастник.
– А, ну да.
– Нет.
– Что «нет»? – я уже действительно начинала злиться.
– Нет, не соучастник.
Я закатила глаза. Создавалось впечатление, что разговор зашёл в тупик.
– Я ведь не рассказывала про татуировки?
Геллерт поднял бровь. Поняв, что так и не посвятила его во всё происходящее, я начала свой рассказ, умолчав только о Кали. Не нужно было ему этого знать. Пока что.
Антиквар внимательно слушал, запустив руку в волосы. Когда я закончила, он ещё раз взглянул на меня.
- Я, возможно, могу тебе помочь. Знаю одну организацию в Португалии. Эту страну, кстати, называют «швейной фабрикой Европы». Вот откуда может быть игла. Так вот. Эта организация славилась своими жестокими методами наказания подчинённых. Они посылают человека для расправы над виновным рабочим. Тот, кто придумал наиболее изощрённый способ убийства, награждался премией или повышением. Самым востребованным был Старый Джим. Так его прозвали из-за количества выполненных дел.
Я напряглась.
– Фамилия, часом, не Уортон?
– Не слишком португальская фамилия.
– Ну да.
Мы ещё с минуту смотрели друг на друга. Казалось, что каждый из нас изучал другого, невидимым взором скользя по оболочке. Что-то забилось внутри, когда он положил мне руку на плечо.
– До встречи. Я думаю, что тебе не составит труда увидеться завтра?
Я не смогла ему отказать. К тому же он был носителем очень ценной информации, хоть я и не понимала пока, откуда он всё это знает.
– Да. Я приведу подругу, она мне помогает.
Я поспешила уйти.
– Мы будем бороться за жизни других людей. Обещаю.
Эта фраза заставила меня замереть на месте. Чего ещё я не знаю?
Об этом я подумала вчера вечером, но у меня есть на то причины. Я знаю, он – нет. Но, похоже, даже в этом человеке, которому я очень хочу доверять, есть некий подвох. Или люди всё же могут быть святыми?
Я запуталась. Поспешно попрощавшись с Геллертом, вышла. Свежий воздух ударил в лицо, но на этот раз, я была ему рада. Сердце отпустило, и я смогла, наконец, дышать. Всё начинало развиваться слишком быстро, и я будто не поспевала за градом событий, за локомотивом информации, тащившим меня вперёд. Кажется, впервые начала интересоваться человеком, которого едва знаю, хотя и хотела это всячески отрицать. Но что, если это так? Неужели, в моей жизни появилось не только плохое и жуткое, но и шанс на любовь?