Глава 3. Бегущий во тьму.
Время шло. Милю за милей я преодолевал, сначала перебежками от дома к дому, а затем спокойным шагом. Было страшно в незнакомом мне городе. Для подростка, никогда не выезжавшего за черту родного «Сити», довольно тяжело ориентироваться на чужой местности. Точно всё было по-другому. Казалось, что тут действуют свои законы, какие-то свои нравы и порядки. Только потом, после нескольких бессонных дней я стал понимать, что в действительности было не так как обычно. На деле, город был точно таким же, как и мой родной, но постоянное напряжение, настороженность и недоверие ко всему окружающему коверкали всё в моих глазах. Строили чудовищные и пугающие иллюзии.
Меня вело желание найти хоть какой-то способ вернуться в нужное мне место. Я был уверен, что Кевин примет меня и поможет пережить какое-то время, но главной загвоздкой всё же оставалось именно возвращение. Потемневшая от грязи дождливых дней одежда стала окончательно неприглядной, потому люди шарахались от меня. Это добавляло проблем. Как же трудно было в таком виде искать вокзал, который, по-видимому, находился довольно далеко от меня. От того места, куда меня привезли. Далёкий путь к надежде. И я из последних сил бежал, шел, полз к нему.
Что бы окончательно не умереть от голода приходилось попрошайничать. Унизительное дело, но что поделаешь. С этим куда легче смириться, чем с изнывающем от пустоты желудком. Даже не знаю как, но кое-какое время мне удавалось собирать небольшую мелочь на жалкий кусок хлеба. Выменивая еду на одежду из сумки, прощаясь с последними вещами. Но свое сокровище, mp3 подаренный мамой, воспоминания о Кевине, я очень туго затолкал в небольшой кармашек в майке. С каждым днем, с каждым разом выживать становилось всё сложнее.
У каждого бродяги уже есть насиженные им места, а тут появляюсь я и отбираю у него заслуженные гроши. А за такое можно очень жестоко поплатиться. Присваивая чью-то еду, сам можешь стать едой. Потому каждая новая вылазка прибавляла беготни от очередного рассерженного побирушки. А от этого еще сильней хотелось есть. Это толкало продолжать поиски активнее.
Тусклые дни с проливными дождями загоняли в переходы, арки и метро. Холодные промозглые ветра вынуждали дрожать от холода, особенно после сильных ливней, когда все улицы тонули в собственной намытой грязи. Серое небо, часто покрытое тучами, не приносило и луча солнца. Точно оплакивало что-то. Может, оно плакало по мне? По тому, какую глупость я совершил. Или по тому, что меня ждало. А что могло ждать?