Глава 9. Два года после темноты

Прошло два года с того дня, как Хёрст оказался за решеткой и был помещён на принудительное лечение в клинику. Первые месяцы после его ареста были самыми тяжёлыми. Я просыпалась от любого звука, каждый телефонный звонок заставлял сердце подпрыгивать, а даже легкий шум за окном мог повернуть меня в панику. Мир казался слишком большим и чужим, и мысль, что он всё ещё где-то жив, хотя и под наблюдением, держала меня в напряжении.

Мама всегда была рядом. Иногда она просто молчала, держа мою руку, и этого хватало, чтобы почувствовать безопасность. Сайман дразнил меня, тянул на прогулки, напоминая, что мир всё ещё полон обычных радостей. Папа появлялся чаще, и моменты, когда я держала Бенни на руках, наполняли меня ощущением дома, которого я так долго лишилась.

Я снова ходила к Анне. Сессии помогали разбирать каждое чувство — страх, злость, обиду и вину. Она учила меня понимать: выживание — это не случайность, это моя сила, и теперь мой выбор — как использовать её.

Школа стала отдельной битвой. Сначала я боялась смотреть людям в глаза, пряталась за Лиф, боялась шепота и любопытных взглядов. Постепенно я снова нашла друзей, снова смеялась, обсуждала книги и музыку. Энди стал для меня опорой. Мы вместе гуляли, говорили обо всем, кроме того, что пережили. Он поддерживал меня, когда страх возвращался, и помогал мне снова верить в людей.

К концу первого года я уже ощущала себя сильнее. Начала рисовать снова. Каждая картина была куском моей боли, страха и злости, но одновременно надежды. Мои рисунки превратились в способ выражать эмоции, а не давать им разрушать меня.

Второй год стал временем больших решений. Я закончила школу и столкнулась с выбором: поступить в полицейскую академию, куда меня приглашали благодаря раскрытию моего дела, или идти своим путем — в художественную академию, к которому я всегда стремилась. Я выбрала искусство. Это был мой способ взять контроль над своей жизнью, показать, что даже после всего, что случилось, я могу выбирать свой путь.

С Энди наши дороги разошлись: он уехал в турне со своей группой. Это было грустно, но мы остались друзьями, и его поддержка всё ещё была рядом, пусть и на расстоянии. Я училась отпускать, доверять себе и миру вокруг.

Физически я тоже восстанавливала себя: шрамы и синяки исчезли, тело снова стало моим, сильным и живым. Я снова занималась спортом, бегала, чувствовала, что могу быть свободной в каждом движении.