Часть 3. 2.

Дни потянулись за днями. Морт, как и обещал, прислал список необходимых обрядов. Я был очень тронут - длинный свиток оказался исписан от руки, что указывало, что бог действительно потратил на меня свое время. Может, у нас получится подружиться?

Лурия заглядывала через день, помогая мне с написанием пособия и, иногда, просто пиная мою ленивую задницу. Каждый раз после ее ухода Рафаэлло ворчал больше обычного, но при этом молчал в тряпочку, когда богиня была в доме.

Еще один голос в общежитии жрецов Ирна, будильник, тоже обзавелся именем. Имя было простым и непримечательным - Дон. Об этом я узнал, став случайным свидетелем переругивания артефакта с Хранителем. Впрочем, ругались они оба к взаимному удовольствию. На меня эта парочка тоже любила поворчать, но границ не переходила, признавая хозяина. К тому же, гриб успел поведать душе, заключенной в будильнике, кто я на самом деле, поэтому та перестала нарываться. Быть развеянной ей явно не хотелось.

Услуги Агаты, как рекламного агента, оказались просто неоценимы. Кухня в общежитии все чаще стала пополняться съестными припасами - в основном это были сладости, к полному восторгу Рафаэлло, который каким-то образом умудрялся их перерабатывать в удобрение для своей грибницы, но иногда появлялись и мясные блюда. А ко мне начали обращаться люди с разных факультетов с просьбой сыграть с ними, чтобы попытать счастья. Мне даже пришлось выделить время после обеденной трапезы - два часа я сидел в своей часовне и играл со всеми желающими. Выигрывали просители редко, зато каждый выигравший подогревал интерес, потому что я не скупился на награду.

Ранее те редкие просители, кто обращались с молитвой к моей статуе в храме Восьми, черпали милость из оставленного мной источника. Источник исполнял просьбы тех, кто просил от всего сердца и приходил с одной и той же просьбой не менее трех раз. Теперь же поток просящих резко возрос, и волей-неволей мне пришлось участвовать в разборе просьб лично. На это я выделил еще три часа после вечерней трапезы.