Город теней под черными часами, часть 2

Утро не пришло — пришёл лишь серый свет,
Такой, что не даёт ответов и надежды.
Город выдохнул устало: «Больше нет…»
Но дождь всё капал — тяжело и без одежды.

Олег шёл по мостовой с блокнотом в руке,
Кофе горький, сигарета — по привычке.
Он не верил в то, что время в пустоте
Может лечить людей и их ошибки.

Всё вокруг дышало чем-то недобрым:
Мокрый камень, вывески, вокзал,
Шёпот старой площади, что словно
Знала больше, чем когда-то рассказала.

В голове — лишь имя краткое, как ключ:
«Часовщик». Тот, что выбирает ночью.
Он не режет ярость грубостью и стуком чьих-то муч,
Он предпочитает страх — молча, точечно и точно.

Не успел он погасить вторую сигарету,
Как в кармане телефон завибрировал, звеня.
— Олег? Срочно. В переулке — новое «привет» от этого поэта.
Адрес диктуют — и тишина.

Переулок оказался узок, как капкан.
А пах — железом, гарью и водой.
Там стоял патрульный, молодой пацан,
Лицо — как мрамор, голос — никакой.

На земле — лежала девушка, и лужа
Стекала от виска до воротника.
И опять — та самая лента на галстуке послушно:
«Для тех, кто слышит время Часовщика».

Олег замер. Здесь всё было иначе.
Тело не лежало — будто «показало» позу.
Пальцы сложены символом удачи,
А подбородок обращён к замороженной угрозе.

Рядом — ключ. Другой. С выгравировкой новой:
С.Н. — «Страж Ночи»? Или что ещё?
Олег понял — маньяк играет ролью кукловода,
А город — лишь сцена, и холодное плечо
Снова касается следствия. Он ненавидел игры.
Он ненавидел тех, кто ценит красоту убийств.
Но Часовщик любил узоры, символы и цифры,
И снова оставлял свой почерк чистым.

Олег вгляделся в стену — там мелом, в три строки:
«Два удара ночью, третий ближе к свету.
Ты ищи меня по стуку и по тишине.
Ибо время — мой бог, а смерть — моя примета.»

Патрульный нервно переминался, смотря в пол:
— Что он хочет?
Олег тихо выдохнул:
— Новую роль.
Роль для меня. И роль для города.

Сигнал дал часы на башне — тринадцать раз подряд.
А город снова замер, заглатывая яд.
И в этом странном мраке, где спасения нет,
Олег понял: их разделяет лишь один рассвет.

их разделяет лишь один рассвет.

Но рассвет не спешил, он будто ждал,
Когда город ещё одну душу отдаст.
Часы тикали — хищник выбирал,
Кому достанется следующий час.

Олег поднял взгляд на мокрый квартал — Каждый дом был свидетелем тьмы.
Он знал: Часовщик не случайно писал,
Он оставлял путь, что ведёт через сны.

И там, где дождь по крышам звенел,
Город слушал дыхание охотника.
А ветер шептал, как будто уцелел:
— Время — не просто цифра на циферблате — это тропинка.