II: Глава 21

Глава 21

Остаток пути из пещеры прошёл на удивление спокойно. Друзья просто шли, вперёд, не разговаривая. Каждый из них был слишком потрясён случившимся, слишком оглушён таким количеством эмоций разом.

Анна не отходила от Оминиса ни на шаг. Она держала его под руку, иногда даже слишком крепко, несмотря на то, что он действительно чувствовал себя хорошо. Так хорошо, что его это даже пугало. Ведь ещё совсем недавно он мог перестать чувствовать вообще.

Себастьян пристально следил за всеми, но больше всего его беспокоила Гвен. Она могла сколько угодно делать вид, что такой взрыв магии не оставил на ней следов, но он видел, как она снова и снова касается каменных стен, как она лишний раз опирается на камни, когда ей нужно что-то переступить или куда-то забраться. Он молчал, но каждый раз всё сильнее сжимал кулаки.

Когда они вышли на свет, яркие лучи закатного солнца почти ослепили их. Гвен пошатнулась, и голова её закружилась. Себастьян едва ли успел подхватить её, прежде чем она рухнула. Но сознание осталось при ней, и она снова поднялась, теперь опекаемая не только Себастьяном, но и Оминисом.

Вышли они с другой стороны, не там, где оставили гиппогрифов. И когда их взгляды устремились ко входу, с которого они когда-то заходили, все четверо невольно присели. Возле той пещеры оказался лагерь гоблинов Гракорна. Они не заходили внутрь и не были похожи на тех, кто мог бы попробовать штурмовать тайное логово. Но всё же они были там, хотя ещё утром их там не было. И это настораживало.

Себастьян посчитал, что и Гвен, и Оминис ещё слишком слабы, чтобы трансгрессировать даже с кем-то в паре. Поэтому они отошли подальше и воспользовались прилетевшими на зов гиппогрифами, которые позволили себе порезвиться на холмах, пока их волшебники занимались своими опасными делами.

И им повезло вернуться в Хогвартс до отбоя.

Проснуться на следующий день оказалось для Гвен настоящим испытанием. Голова всё ещё гудела, и даже целая ночь крепкого глубоко сна не помогла прекратить это. Но впереди её ждал целый день занятий, которые нельзя было пропускать.

На завтраке она с трудом заставила себя поесть, чтобы набраться сил на день, хотя кусок в горло практически не лез. И к началу Зельеварения она чувствовала себя вполне сносно.